— Засунь своё сочувствие себе в зад. Лучше отпусти меня и я пойду. Тогда я поверю тебе. А пока — можешь лить дерьмо в уши кому-нибудь другому. — он попытался пошевелить рукой, но бесполезно.
— Пока что я не могу тебя отпустить, есть определённые протоколы, и дабы меня не уволили, я должна их соблюдать. А потому, если мы с тобой плодотворно побеседуем, то сниму ремни. Ну как, договорились? Всё же просто. — и мягко улыбнулась.
Удивительно, но Кира не увидел в её улыбке фальши, что показалось ему странным. С чего бы докторша так улыбается? Ей что-то надо… Гроб?
— Спрашивай. — фыркнул он.
Харлин, поправив очки, приступила:
— Начнём с недалёкого прошлого. Расскажи, как проходила твоя учёба до того, как ты попал к нам.
— Ты мои мемуары собираешься писать или что?
— Хочу узнать тебя получше, и понять, как и чем смогу помочь.
— Какая ещё нахрен помощь… я по-вашему психбольной?
— Ну, знаешь, не многие ребята носят за спиной гроб. — Харлин положила ладонь на короб.
— Тц. Это никого не должно еб*ть. И если не уберёшь от неё руку, то я тебе ее сломаю. — угрожающе шипел Черный.
— Извини. — доктор убрала ладонь. — Ты сказал «она»? «Она» так дорога тебе? — прищурилась Харлин.
— Ради нее я сделаю всё. — тихо сказал тот.
— Могу я узнать, кто она? Она в коробке? Или же…
Кира нахмурился.
— Ты же говорила, что хочешь узнать побольше обо мне, а не о ней. Вот и спрашивай обо мне. ТУПАЯ СУКА.
— Ладненько… сделаем пятиминутный перерыв, принесу тебе попить.
И зашла в прилегаю каморку. Сделала пометки. Сверху уже были выписки о том, что Кирилл с раннего детства строил небольшие коробочки, которые носил за спиной. Началось это с трёх лет, когда он нашел на улице потерянный рюкзак. Надел его и не снимал. И спал тоже с ним. С ним и разговаривал. Родители пытались как-то повлиять на сына, но каждый раз всё заканчивалось истерикой. Когда мать спрашивала «зачем тебе эта коробка?», то Кирилл отвечал «это не для меня». Но для кого именно — выяснить мать не смогла. С тех пор он сменил много разных сумок, и в какой-то момент начал мастерить коробки самостоятельно. Первые его эксперименты быстро ломались, но затем короба становились лучше и лучше. Когда став постарше, он начал зарабатывать первые деньги, работая грузчиком, то тратил всё на инструменты и материалы, мастеря в гараже всё новые и новые коробки. При этом никогда и никому не позволял открывать их и даже касаться. А в возрасте семнадцати лет открыл дар и смог самостоятельно поставить энергетическую печать. Для обычных людей она ничем не отличалась от обычной восковой, но любой одаренный видел отпечаток чакры.
— Продолжим… — после перерыва Харлин и уселась поудобнее на жестком стуле. — Как тебе удалось открыть дар самостоятельно?
— Отвяжи меня и расскажу.
Та пару секунд думала и сказала:
— Если пообещаешь, что не причинишь мне вреда и будешь честным.
— Обещаю.
— Что ж, хорошо…
Валерий Фраг. Спортивный комплекс номер 3.
Младший наследник семьи Фраг вошел в здание, держа смартфон у уха. Он угрюмо молчал, выслушивая нотации папаши.
— Пора бы тебе понять, какого это — жить без защиты и денег семьи! Может, тогда начнешь ценить, что имеешь! Я уже договорился с вашей директрисой! Будешь жить в общежитии, как и все остальные!
— Но, пап! Здесь кормят ужасно! Кровати — железные, неудобные и везде клопы!
— Даже безродные первокурсники при этих условиях смогли одолеть тебя и даже не один раз! Позор! Ничтожество! Если ты — мой сын, в чем я уже сомневаюсь, то докажи это! Принеси семье победы! Принеси хорошие новости, принеси личную благодарность от директора! Хоть что-то! Я не собираюсь постоянно выслушивать что мой младший дурачок снова попал в какую-то потасовку и с позором проиграл! Я всё сказал! Без хороших новостей даже не смей звонить на этот номер! Возвращайся с триумфом, или сдохни в помойной яме!
Пошли короткие гудки. Валера посмотрел на экран смартфона.
— Мать твою! — и сжал телефон до хруста.
Глаза стали влажными, но вытер те рукавом.
— Грёбаное всё!
И швырнул телефон в стену, тот разлетелся на детали. Открылась ближайшая дверь мужской раздевалки, и высунулась морда Артема, друга Валеры.
— А… Это ты. Здарова, братух, чего так разорался, братух? — улыбнулся тот и протянул руку, стоя в дверном проеме.
Валера встретился взглядом с Артемом. И схватил его за спортивку, вталкивая внутрь.