Рядом висел постер со смазливым и высокомерным Штормом. На морде двуличная мерзкая ухмылка. Абсолютная звезда. Считается сильнейшим в ранге, постоянно занимается непойми чем, но это, якобы, очень важно для страны, ага. По крайней мере, так заливают в новостях. Конечно, не беру в расчет с десяток рекламных контрактов от самых крупных брендов на всё подряд.
И третьим среди постеров занимал место Сердцеед. На счет этого садо-мазо ублюдка, вообще, ниче нормального сказать не могу. Готичный мужик, предпочитающий носить облегающее черное трико, вроде тех, в которых выступают силачи в цирке. Рекламирует косметику, пластическую хирургию и прочие штуки для женщин.
В общем, комната буквально орала, что здесь живет какая-то тупенькая девчуля, сохнущая по этим мужичкам, а в одинокие вечера пишет эротические фанфики. Я бы всё прекрасно понял, если бы здесь жил подросток, но нет. В школе нет никого младше восемнадцати.
И какого же было мое удивление увидеть фотографию на комоде… Мама, папа и… Снежана Льдинская.
Серьёзно⁈
Думал ее комната будет похожа на стерильное помещение с минимум необходимого для жизни!
Но вот это вот⁈
Слышу девичьи голоса в коридоре и замираю.
— Сейчас волосы высушу и пойдем.
— А я еще не собиралась даже, не знаю, что надеть? Погоду не смотрела? Зонтик брать?
Кажется, первый голос принадлежал Льдинской.
Пора валить!
Выглянул в окно, второй этаж, внизу раскинулись пышные кусты. Отлично, план побега есть, может оставить ей сюрприз? Раз уж здесь…
Слышу, как она вставила ключ в замок, ручка поворачивается…
…
Снежана вошла в комнату в одном полотенце на голое тело. Расправляла длинные белоснежные волосы, протряхивая их пальчиками. Ключ от комнаты небрежно бросила на столик и задержала на том взгляд.
Приподняла бровь и подошла ближе.
К столешнице приклеен стикер, которыми она пользовалась для напоминалок. На том лежит шоколадный батончик.
Она подняла угощение и увидела надпись: «Как на счет сосиски в тесте? Сегодня у озера в 8. А. С.»
Этот хмырь пролез в её комнату⁈
Она тут же оглянулась по сторонам, под кровать, в шкаф. Нету! Подхватила полотенце, проверяя все ли части тела прикрыты, на случай если этот извращенец всё еще здесь! Ещё раз внимательно осмотрела комнату… Всё ли на месте? Сумочка, кошелек… Деньги, телефон и карты на месте. А белье?
Подлетела к вещевому комоду и начала открывать ящики.
На месте. Даже в трусиках не копошился. Грязная одежда также лежит нетронутой в корзине на полу.
Вот урод!
Она нервно подошла к окну, но не увидела на улице никого подозрительного.
Резко задёрнула шторы, не оставив щелей. Сняла полотенце, повесила на спинку стула. О сушке волос теперь и речь не шла, теперь все ее внимание занимало иное. Что если этот извращенец поставил камеры в комнате⁈ Она осмотрела себя голую посреди комнаты, и щеки мгновенно покраснели. Тогда зачем спалил себя, оставив записку, ещё и батончик? Вот же, придурок…
Как только я телепортировался, то свернул за угол и благополучно зашел обратно в женскую общагу, только уже через парадный вход. У меня ведь выходной, а это отличный повод устроить сосисочную вечеринку! Но не в том смысле, о котором можно подумать. В моем случае сосиска будет одна, а мягких и теплых булочек будет много.
Еще в первый день на занятии Лины Васильевны я приметил несколько красоток, так почему бы не устроить «Свидание на Скале» с собой в главной роли?
Врываться к каждой понравившейся крошке я, конечно, не буду, но…
Мои мысли прервал старушечий голос:
— Мужчина в здании!
На вахте в женской общаге сидела бабулька лет шестидесяти. Такая типичная бабушка — седые волосы заколоты в строгий пучок, на плечах вязаная шаль, на носу очки с толстыми стеклами. На фоне из ее «будки» звучит какой-то сериал про Хуана Карлоса.
Натягиваю свою самую обаятельную лыбу и уважительно киваю, остановившись возле вахтерши.