Он В голове неоновыми огнями полыхает «Какого, мать его, черта?!». Потому что это не может быть Мик. Перед ним, убирая пистолет за пояс, стоит гребаный Мик Дэвис собственной персоной, и это не может быть правдой ни при каком раскладе. Мысли движутся, стремительно сменяя одна другую в поисках объяснения. Может, он умер? Ардат всё-таки убила его, и он видит предсмертные галлюцинации? А может, вся его жизнь последние три года была лишь фикцией угасающего разума? Вдруг его заклинание тоже не сработало, и когда Мэри пристрелила его в бункере, он не воскрес. А все, что происходило после, лишь игра воображения. Он хватается за шкаф позади себя, чтобы не упасть. А вдруг Мик — это призрак? Но он одергивает сам себя: ага, призрак, разве что призрак его прошлых ошибок и чувства вины. Нет, Мика на земле ничего не держало, у него не было незаконченных дел. Только если жажда мести ему, Артуру, но тогда он бы осуществил её гораздо раньше. Не спустя чёртовых три года. Мик тем временем просто смотрит на него своим дурацким сканирующим взглядом, видимо, проверяя на наличие травм. Потом медленно и осторожно делает шаг навстречу. — Здравствуй. Кетчу хочется ударить его