Наконец она меня подняла, куда-то потащила, меня раздели-разули и уложили на очередную каталку. Она ещё что-то чирикала мне на ухо, но я, вяло махнув рукой, закрыла глаза. Каталка поехала в тишину коридора.
Меня ввезли в палату. Юлька, всё ещё что-то щебеча, помогла мне слезть с каталки и улечься в кровать. Затем она пару раз настойчиво подёргала меня за рукав и повторила:
- Я тебе позже перезвоню. Отдыхай.
Я слабо махнула рукой. Куда она будет звонить? Ведь все мои вещи она забрала с собой. На мне осталось только бельё. Я пошарила у себя по заднице – ан нет, джинсы на мне. А в заднем кармане лежит мой мобильник. Ещё бы зарядку положила…
- Ты есть хочешь? – уже от дверей спросила Юлька.
Я помотала головой. Хоть я и не завтракала, но мысль о еде сейчас вызывала у меня тошноту.
Наконец дверь хлопнула, и по коридору застучали Юлькины каблучки. Санитары с каталкой исчезли раньше. Я даже не заметила, когда. Блаженный покой снизошёл на меня. Я не знала, сколько людей в моей палате и на месте ли они. Я хотела отдохнуть.
Закрыв глаза, я провалилась в сон без сновидений.
Проснулась я глубоким вечером. За окном была темень. Фонари светили внутрь, создавая таинственную атмосферу потустороннего.
Я минуту приходила в себя, чтобы осознать, где я. Оглядев палату, я отметила ещё три койки, кроме моей. Люди на них мирно спали. Слегка повернув голову, я увидела пару ироничных глаз на лукавом лице.
- Новенькая?
Я кивнула.
- Есть хочешь?
Мой желудок сам ответил.
- К сожалению, у меня только холодный беляш и помидор. Ты не на диете?
- Я похожа на идиотку? – слабо возмутилась я. Ещё бы! С моим астеническим сложением только на диетах и сидеть. – А беляш не беляш – мне по фиг: с утра ничего не ела.
- Тогда держи.
Незнакомая женщина подошла ко мне. При свете фонарей с улицы я увидела у неё в руках промасленный пакетик, помидор и солонку. Она положила всё это на мою тумбочку, девственно одинокую под незашторенным окном.
- Воды нет. Только «липтон». – Она помахала у меня перед носом бутылкой с лимонным чаем.
- Огромное спасибо, - ответила я с набитым ртом.
Когда я немного перекусила, я посмотрела на свою соседку. Маленькая, полненькая, с непонятным цветом волос – с ней было просто и уютно. Ну прям как с Юлькой. Я почувствовала мгновенную симпатию и расположение. Женщина непосредственно забралась на мою кровать, села по-турецки и наблюдала, как я ем.
Вы всех так встречаете? – спросила я, доедая помидор.
- Нет. – Она улыбнулась и стала похожа на довольную кошку. – Только голодных актрис.
- Вот оно что, - протянула я. Ну, сейчас начнётся! Расскажите о съёмках… В каких фильмах вас видели… Дайте автограф… Проведите на площадку… Помогите засветиться в эпизоде…
Но женщина вдруг спустила ноги с моей кровати, нашарила босой ногой тапки и направилась к своей койке.
- Как вас зовут? – успела спросить я, прежде чем она натянула одеяло на голову.
- Вильгельмина, - донеслось до меня.
- Как? – Я чуть было не поперхнулась остатками чая из бутылки.
- Можно Геля, - успокаивающе произнесла она.
- Этого мне ещё не хватало, - пробурчала я. Весь этот короткий диалог напомнил мне сцену из фильма «Москва слезам не верит». Нелепая ситуация.
- И давай на ты, - проговорила Геля. – Я не намного тебя старше, чтобы ты мне «выкала».
- Хорошо, - ошарашено сказала я. – Спокойной ночи.
- И тебе того же.
Через минуту Геля ровно дышала. Я, кое-как утолив голод, тоже закрыла глаза. На этот раз я никуда не проваливалась, а просто заснула.
Назавтра я Юльку не ждала. Однако она была уже у моей палаты, когда закончился обед.