– Одевайся, уходим! – бросив в нее джинсы, скомандовал он.
Повторять Ната не заставила. Поднявшись на ноги, девушка спешно натянула их. Едва успела справиться с молнией, как Макс в очередной раз схватил ее в руку, выволакивая в коридор.
Бросив последний раз на бессознательное тело Радулгина, Ната ощутила холодок, проскользнувший по спине. Скрываться от одного сумасшедшего бандита было сложно, а от двух? Но времени размышлять на эту тему не было. Лавров не медлил, продолжая бесцеремонно тащить ее вперед по коридору мимо парочки аккуратно сложенных у стеночки бритоголовых крепышей.
– Это ты их?
– Нет, кармическая ответка за грехи прошлой жизни, – буркнул он, осторожно выглянув из коридора на лестницу.
Та пустовала и Лавров, не теряя времени, поспешил спуститься. Руки Наты при это он не выпускал, точно опасался, что бестолковая журналистка решит свернуть куда-то не туда.
Но на деле «не туда» Ната свернула уже давно, еще на статье о Радулгине, а может и раньше, когда поступала на факультет журналистики. Как бы там ни было, этот поворот был позади и теперь «кармические ответки» за сделанную ошибку поджидали на каждом шагу.
На странную взъерошенную и помятую со сна парочку не могли не обратить внимания, но парочке сейчас было не до того. Беспрепятственно добраться удалось только до машины и на этом действие кармы на крепышей и Радулгина закончилось.
– Стоять, сволочи! – раздался однозначно угрожающий рев.
Повиноваться ему никто из сволочей не собирался. Нырнув на заднее сидение вслед за Лавровым, быстро заводившим машину, Ната оглянулась. Радулгин оказался менее многословным. На миг встретившись с ним взглядом, девушка вздрогнула.
Это уже было не обещание прогулки, это было признание в жаркой любви до гробовой доски. Уже выструганной и подписанной ее именем.
От разом накатившего чувства обреченности, девушка тихо истерически хихикнула и, поддавшись порыву, послала мужчине воздушный поцелуй. В следующее мгновение машина Макса сорвалась с места. Не удержавшись от резкого рывка, девушка так и свалилась с сидения вниз.
Очень вовремя. Под ругань Лаврова заднее стекло взорвалось брызгами осколков. Так просто их отпускать не собирались.
– Не поднимайся! – резко скомандовал он.
Но скажи даже Макс вернуться на сидение, Ната не смогла бы. Предел ее выносливости был достигнут. Сжавшись на полу авто, девушка закрыла голову руками и отчаянно зажмурилась, мечтая оказаться как можно дальше отсюда. От грохота автомобиля, от осколков битого стекла и яростной ругани Макса. От преследования и опасности, которая не спешила отпускать их.
Даже когда затих шум выстрелов и Макс все же прекратил ругаться, она не поднялась. Дрожа, окончательно раздавленная, она не могла даже глаз открыть и только когда машина остановилась и дверь заднего сидения открылась, она дернулась, попытавшись забиться подальше.
– Эй, вылезай давай! – мрачно скомандовал Лавров.
С тем же успехом можно было убеждать психа, что он не Наполеон, а королева Елизавета. Ната не отреагировала и когда Макс подался к ней, чтобы схватить в охапку и выволочь из салона, девушка только вскрикнула, забившись в его руках.
– Проклятье! – выругался он, отвесив ей не сильную, но чувствительную пощечину. – Приходи в себя, сейчас не время для паники!
Дернувшись от неожиданности, Ната затихла и растерянно взглянула на него. В некотором роде подействовало. Кричать и вырываться девушка прекратила вместо этого ее губы задрожали.
– О нет, только не это… – пробормотал Лавров, но было уже поздно.
По щекам Наты покатились слезы и мужчине ничего не оставалось, кроме как притянуть ее к себе, неуклюже обняв.
– Тихо, успокаивайся… Проклятье, никогда не думал, что буду успокаивать газетную крысу, – мрачно пробормотал он.
– Я не кры-ы-ыса… – на одной ноте протянула девушка, судорожно вцепившись в его футболку и уткнувшись лицом в грудь мужчины.
– Ты хуже, – согласился Макс, поджав губы.
– Я жу-у-урналист! – снова провыла Ната, отчаянно и громко всхлипнув.
– Тем более, вы те еще крысы. Ни совести, ни страха.
– Непра-а-авда, за что ты на-а-ас так…
Хмыкнув, ответил Лавров не сразу, задумавшись над чем-то. Ната даже успела немного успокоиться и уже подумывала не использовать ли незаметно его футболку в качестве носового платка, как он все же подал голос.
– За дело. Еще когда я работал в органах, у меня была жена, Таня, – на мгновение в угрюмом голосе Макса прозвучали непривычные теплые нотки. – У нас должен был родиться сын… В тот год у нас в городе гастролировал маньяк, Художник, его ловила троица частных сыщиков. Одной из них была женщина. Редкостно мерзкая баба, но толковый специалист и однажды нас, обсуждающих дело, сняла одна газетная крыса. Немного магии фотошопа и мы на фото куда ближе, чем стояли на деле, а под этой поделкой статья… Обширная бредовая статья о том, как полиция развлекается с сыщиками, пока маньяк бродит на свободе…