– Тебя отследить могут? – напрягшись, уточнил Лавров?
– Я что осел? – огрызнулся Радулгин.
Отвечать на этот вопрос тактично не стали ни Макс, ни Ната. Из почтения к живущему почившему.
Понимая, что дальше тянуть глупо, Радулгин все же ответил.
– Да?
Сперва невозмутимое выражение лица мужчины вдруг дернулось, словно сорванная маска. Губы дрогнули, точно он был готов зарычать от одного звука голоса говорившего. Ничего не говоря, мужчина просто перевел на громкую связь.
– ...как самочувствие? Как очаровательная Ната и мой дорогой товарищ Макс?
Одного звука этого сладкого голоса было достаточно, чтобы Ната невольно вздрогнула, машинально схватив руку Макса. Самсон умел говорить по-разному. И ласково, точно любящий папочка, и сладко, точно затаившаяся кобра. Казалось, что у него вообще не было его настоящего лица. Только тысяча масок, за каждой из которых обязательно находилась еще, и еще, и еще одна.
– Что же ты сам с ними не встретился, чтобы поинтересоваться? – вкрадчиво уточнил Радулгин, едва держа в себя руках от ярости.
Мужчина понимал, что этот пес ведет какую-то игры, но какую понять не мог и это раздражало. Между тем, Самсон явно сполна наслаждался разговором и сокращать его не спешил.
– Я не мог отвлечь их, они были так сильно увлечены тобой, что я решил не мешать. Да что там, даже для того, чтобы разузнать, как дела у тебя, моего дружища, не стал их тревожить. К тому же, получить доступ к компьютеру Макса оказалось так легко, что в этом не было нужды.
Прерывисто вдохнув, Ната побледнела и вскинула ладонь к губам. Нет, они и правда идиоты. Установить программу слежки за Радулгиным и не заметить, что ищейку повесили и на них.
– Паскудство… – тихо пробормотала она.
Макс молчал, сцепив зубы. Только сверлил взглядом телефон, точно это был сам Самсон. Между тем, говоривший продолжал разглагольствовать.
– Так вот, к чему это я, Виктор. Не думай даже оживать. Того материала, что на тебя собрали может и не хватит, чтобы тебя посадить, но будет достаточно, если правильно поднести его твоим партнерам. Кто-то от тебя просто отвернется, а кто-то решит мой спектаклю воплотить в жизнь. Так что Виктор, оставайся мертвым, – почти по-дружески посоветовал он, прежде чем просто отключиться.
На миг в комнате стало совсем тихо. Медленно сжав телефон, Радулгин замер. Очень хотелось просто разбить его о стену, но позволить себе сорваться он не мог. Глубоко вдохнув, он мрачно взглянул на застывшую парочку.
– Где вы взялись на мою голову!.. – процедил он, медленно качнув головой.
Ната не ответила, пришибленная произошедшим. Не то, чтобы было очень жаль его, но… Это был их последний шанс прищучить Самсона и… Что теперь?
– Финал, – вздохнув, мрачно подытожил Макс, понимая, что их обыграли.
И его и шуструю журналистку и единственного в городе, равного по силе противника Самсона. Это действительно был финал.
Глава 7. Желтое безумие
В жизни каждого человека случатся неприятности. Большие и маленькие они одинаково не приносят радости, портя жизнь. Некоторые неприятности люди мрачно и уверенно клеймят громким именованием «худшее событие в жизни». Для кого-то это телефон, разбитый сразу после покупки, для кого-то приглашение на свадьбу любимого человека, для кого-то невыплаченный кредит при попадании под сокращение на работе.
В жизни Наты случалось многое. Приобретенный телефон доводилось ронять даже не на выходе из магазина, а прямо возле консультанта, на свадьбу любимого ее приглашали, и она даже там неплохо оторвалась. Разве что кредитов девушка пока не брала, все же не настолько самоубийцей она была. Но ни одну неприятность она не могла назвать худшим событием в жизни. Не могла ровно до этого дня.
Звонок Самсона оказался последней точкой, финальной чертой за которой уже не было ничего. Если он обыграл даже Радулгина, им-то что делать?
Вздохнув, девушка мрачно взглянула на тарелку с сероватой смесью. Вид приготовленной овсянки с вареньем оказался еще хуже сомнительного вида мешочка с крупой, который она отыскала рядом с пакетом чая. Мужчины тоже особенного восторга по отношению к обеду не проявили. Впрочем, будь даже на столе блюдо лучшего ресторана, едва ли это добавило аппетита.
Поморщившись, Ната оставила в покое тарелку и откинулась на спинку стула, отведя взгляд к зеленой стене за окном. Какой же она дурой была, зачем совалась во все это. У нее была спокойная жизнь, а она перечеркнула ее своими руками невесть зачем? Вот всего два года назад в такой же ясный день она гуляла на свадьбе бывшего. После третьего бокала шампанского как-то забылось, кем ей приходился жених, а украденная на конкурсе невеста оказалась очень веселой девчонкой.