От неожиданности мужчина выругался, попытавшись ее оттолкнуть, но отчаяние придало ей сил и Ната вцепилась в пистолет мертвой хваткой.
– Дрянь! – выругался Самсон и тотчас пошатнулся.
Успев только вскрикнуть, Ната покатилась с мужчиной в овраг. В бока тотчас впились камни и банки, по ноге скользнуло что-то острое, но едва они оказались на дне, девушка попыталась вскочить, рванув пистолет на себя, но не успела.
Зарычав словно дикий зверь, Самсон мгновенно взвился, хлестко ударив ее по лицу, перехватив руку девушки. Первое удивление уступило место новому приступу ярости.
Дернувшись от боли, ослепительной вспышкой взорвавшейся в сознании, Ната ощутила, что на мгновение просто потеряла сознание. Этого мгновения оказалось достаточно, чтобы Самсон выхватил у нее пистолет, отбросив его в сторону.
– Ну и паскуда же ты, Ната… – почти с восхищением протянул он, оскалившись в подобие улыбки.
Ярость захлестнула его, обычно холодного и сдержанного, вытеснив все человечное. Зарычав, мужчина просто сжал ладони на ее шее, с ненавистью сдавливая.
Дернувшись, отчаянно пытаясь освободиться, Ната что было духу ударила его коленом, но мужчина точно не ощутил этого. Стальные тиски все сильнее сдавливали горло, перекрывая доступ кислорода. Ощущая, как начинает кружиться голова, девушка не прекращала попыток освободиться, но попытки становились все слабее, слабее и слабее…
Постепенно свет перед глазами начал меркнуть и девушке показалось, что звук хлопка ей померещился. Он был слишком далеким, неважным, ведь мгновением позже мир погрузился во мрак.
– Ната! Эй, девка! Приди в себя!
Слова доносились точно сквозь плотное покрывало гнилой ваты, покрывавшей все тело. Но постепенно слой ваты расступался и Ната все четче ощущала боль в шее и пощечины.
– Да ты издеваешься! – прохрипела она, вяло попытавшись отмахнуться от того, кто бессовестно бил ее по щекам.
– Ну наконец-то, жива… Я уже думал, что опоздал, – хмыкнул… Радулгин.
От неожиданности девушка даже досрочно распрощалась с остатками обморочного состояния. Радулгин в бронежилете и костюме с характерными полицейскими нашивками смотрелся…
– Охрененно! Ты что решил сменить место работы? – прохрипела она, осторожно сев на месте.
В зад тотчас впилась жесть банки. Скривившись, Ната осмотрелась и тотчас выпрямилась на месте. То, что она приняла за кучу мусора оказалось кучей бизнесмена с кровавым пятном на спине.
– Временно, – усмехнулся Радулгин, проследив за ее взглядом. – Застрелен при попытке к бегству работниками нашей бравой полиции.
Поднявшись с места, он склонился, чтобы помочь подняться и девушке. Впрочем, просто поднять ее оказалось мало. Девушка едва стояла на ногах и пришлось ее поддерживать.
Прерывисто вдохнув, Ната нахмурилась и осмотрелась.
– И что… Это все? Это вот все? – осторожно уточнила она, точно опасалась, что сейчас Самсон оживет и все начнется заново.
Усмехнувшись, Радулгин уверенно потащил ее вверх по склону.
– Все, все. Теперь точно все, можно напиться и расслабиться, – довольно отозвался он и уже наверху оврага хлопнул Нату по заду.
– Ты что творишь, гад! – возмутилась девушка, нахмурившись.
Но улыбка Радулгина был до того радостной и открытой, что девушка не сдержала смешка. Напряжение медленно отступило, оставляя ее душу, срываясь в воздух со смехом.
Очередной безумный план сработал. Внедриться к Самсону, заставить его приехать сюда ради всего этого…
– Но, проклятье, полиции я не ожидала, – наконец-то пересмеявшись, отозвалась она.
– А это моя идея, – самодовольно отозвался Радулгин. – Это как моя дань талантам Макса. Теперь он официально будет восстановлен на службе после стольких лет работы под прикрытием и такого успешного ее завершения.
Удивленно приподняв бровь, девушка удивленно взглянула на него.
– Радулгин, да ты еще и щедрый какой, оказывается!
– Я просто мечта-мужчина! – самодовольно отозвался он.
Фыркнув, девушка только весело рассмеялась и покачала головой. В это же мгновение со стороны склада раздался звучный окрик.
– Ната!
Встрепенувшись, девушка мгновенно выпрямилась, чувствуя, как замирает в груди сердце.
Макс. Жив. Здоров.
– Да он издевается, – усмехнулся Радулгин.
– Стабильность – признак мастерства, – фыркнула она, заметив на лице Лаврова проступающие кровоподтеки на уже полюбившемся месте.
Усмехнувшись, мужчина все же отпустил ее, позволяя на мгновение оказаться на своих ногах. Всего на мгновение, чтобы в следующую секунду ее сжал в объятиях Макс.