Затем он направился к двери часовни и, встав перед входом, напоследок добавил: – И помните! Бог любит вас!
Далее перевёл взгляд в сторону лежащего на земле Джека: тот тихо хныкал. Митчелл, покачав головой, обратился к нему, указывая пальцем: – Ты должен быть сильным, сын мой, не позволяй врагу рода человеческого одержать верх над тобой! – Закончив, пастырь развернулся и, перешагнув порог, захлопнул ветхую дверь. Паства подбежала к Джеку.
– Что же ты так, брат… – донеслось из толпы. Некоторые начали успокаивать мужчину, другие же побежали в жилища, дабы найти что-то, из чего можно было сделать повязку. Все помнили, чему их учил Отец: «Помогай, и Господь поможет тебе». Прибежавшая из халупы Амели начала перебинтовывать несчастному палец остатками марли, которую она нашла в рюкзаке. За всем этим наблюдал пастырь через щёлку в двери и улыбался. Он знал, что делает всё правильно и что греху в сердцах его паствы скоро не останется места. Закончив смотреть, он развернулся и пошёл к столу в центре комнаты – единственному предмету мебели, оставленным прошлыми хозяевами. Встав за него, он открыл лежавшую на нём Библию и начал читать. Паства тем временем уже помогла Джеку подняться и дойти до его жилища. Закончив, все отправились в лес, чтобы пополнить припасы. С пострадавшим было решено оставить Амели.
– Ты и вправду так сильно устал? – поинтересовалась женщина. Джек нервно затряс головой.
– Знаешь… Я не знаю, правильный ли мы выбрали путь… – сказал мужчина с отчаянием в голосе.
– Как ты можешь в этом сомневаться?! – изумилась Амели.
– Просто… – начал говорить Джек, но резко замолчал и, потупив взгляд, махнул рукой, после чего, улыбнувшись, посмотрел на женщину, та, в свою очередь, улыбнулась в ответ.
– Как палец? – поинтересовалась она.
– Болит…
– Ладно, тогда оставайся здесь, а я пойду в лес и принесу тебе чего-нибудь!
– Эу… Не стоит меня списывать со счетов, сестра, это же всего лишь палец, у меня и левая рука есть, – пошевелил Джек кистью здоровой руки и начал подниматься.
Выйдя из лачуги, они вдвоём начали покидать поляну, уходя ещё глубже в чащу. Сегодня лес был на удивление спокоен. Не слышалось и малейшего шороха. Складывалось такое впечатление, что даже ветер не хотел заглядывать в эти Богом забытые места.
– Эх… Мы уже столько прошли, а ни ягод, ни грибов! – удручённо вздохнул Джек после часа поисков.
– Не беспокойся, мы обязательно что-то найдём! – пробормотала Амели, старательно выглядывая что-то меж огромных корней. Остановившись, она опустилась на одно колено и потянулась к тому месту, которое высматривала. Мужчина остановился, наблюдая.
– Что там? – Спросил он с интересом следя за рукой женщины, которая, в свою очередь, вытащила из-под корня горстку опят.
– Ну хоть что-то! – улыбнулась Амели, протягивая половину найденных грибов мужчине. Тот замотал головой, отказываясь, тогда она без разрешения положила их ему в корзину. Джек, поджав губы, посмотрел в лукошко.
– Спасибо, сестра… – шепнул он себе под нос.
Прошло ещё некоторое время поисков, как вдруг Джек остановился, принюхиваясь: – Чувствуешь? Болотом пахнет! – Амели тоже начала принюхиваться.
– И то правда... – покачала она головой. – Иди, проверь, там должны быть ягоды, а я пока что тут поищу! – Женщина махнула рукой куда-то влево. Джек кивнул и пошёл на запах сырости. Путь оказался недолгим, уже буквально через сто шагов он добрался до места. Торфяник встретил мужчину зловонной трясиной, из которой торчали стволы погибших деревьев напоминая руки, пытающиеся изо всех сил дотянуться до неба, скрытого дымкой и паучьими лапами ветвей, чьи листья облетели прямо на заросшую тиной топь, тем самым украсив своей мрачной прелой мозаикой это и без того отталкивающее место. Во всём этом параде уныния была только одна яркая и то еле заметная деталь: болото было усыпано клюквой, точно россыпью граната. Окинув всё взглядом, Джек тяжело вздохнул подходя к краю берега. Наклонившись, он начал собирать ягоды. Таким нехитрым образом все близлежащие к суше плоды оказались в лукошке, но вышло негусто: корзина заполнилась дай Бог на одну пятую. Тогда мужчина, оглядев трясину, заметил небольшой островок, почти кочку, расположившийся аккурат в шаге от берега. В том месте было приличное количество ягод, они определённо стоили того, чтобы рискнуть. Джек померил расстояние взглядом и понял, что допрыгнуть вполне реально. Решившись, он в одно движение перешагнул на островок – мешкать было нельзя, поэтому мужчина собрал всё, что смог, и начал перепрыгивать обратно, но, оказавшись на берегу, ноги неожиданно заскользили, и Джек рухнул на землю, ударившись головой. Очнувшись, он попытался оглядеться и понять, что произошло. В глазах двоилось, голова раскалывалась, оценить ситуацию удалось с трудом. Мужчина только понял, что уже стемнело. Присев на землю, он попытался прийти в себя. Взгляд упал на лежащую неподалёку корзину с клюквой. Джек вспомнил, что произошло, и сразу же перекрестился, испуганно понимая, что мог утонуть в болоте. Взяв лукошко, он, шатаясь, побежал обратной дорогой.