Только теперь Белл сообразил, что именно прихватил Лоден, – это была лазерная пушка «Вожака», антикорабельное орудие, включаемое кайбер-кристаллом. Юноша затаил дыхание. Он не мог поверить в то, что должно было произойти.
Лоден выстрелил. Из конца трубы вырвался сгусток золотистого света, похожий на клинок светового меча, только более насыщенный, более осязаемый. И если кромка обычного светового клинка плавно перетекала в яркую белизну, цвет этого заряда, наоборот, становился к краям гуще и интенсивнее, обретая янтарные оттенки, словно первые лучи осеннего заката. И звук – Белл скорее не услышал его ушами, а почувствовал костями. Все остальные звуки в момент выстрела оказались полностью заглушены.
Сталец Белла заартачился и встал на дыбы – юноше пришлось постараться, чтобы не вывалиться из седла. Из-за этого он пропустил момент попадания. Однако Белл его услышал – ни с чем не сравнимый звук, с которым металл за одно мгновение нагревается и испаряется. Следом раздались два отчетливых глухих удара.
Когда сталец успокоился и Беллу удалось нагнать Лодена – жеребец его учителя, ясное дело, даже не сбился с шага, – падаван увидел, что натворило оружие. Один из нигильских кораблей развалился пополам. Средняя часть звездолета попросту… исчезла. Два оставшихся обломка рухнули на землю, из-за раскаленных сверх всякой меры краев уже вырывались искры и пламя.
– Ого! – вырвалось у Белла.
Он подтолкнул стальца, чтобы тот бежал быстрее, и окликнул Лодена.
– Пальните по второму кораблю!
– Не могу, – откликнулся учитель, указывая вперед дымящимся стволом. Затем Лоден отбросил пушку в сторону, которая лязгнула о жесткую металлическую почву и сразу же осталась далеко позади.
Белл посмотрел в ту сторону, куда указывал Лоден, и все сразу встало на свои места. Нигилы, мгновенно осознав опасность, грозившую их единственному оставшемуся кораблю, их последней надежде на побег, быстро перестроились. Теперь телега с заложниками оказалась на линии огня. Лазерные пушки «Вожака» не отличались высокой точностью, по крайней мере, когда их снимали с лафета. Лоден не мог рисковать – выстрел почти наверняка задел бы семью.
– Может, оно и к лучшему, – произнес Лоден. – Если бы я выстрелил второй раз, эта штука запросто могла взорваться у меня в руках. Модуль охлаждения остался среди обломков В-хода.
– И что будем делать, учитель? – спросил Белл.
– Что сможем, – ответил Грейтшторм.
Не слишком обнадеживающе. Если уж у Лодена Грейтшторма закончились идеи, положение и впрямь было критическим.
До нигилов уже оставалось рукой подать, но ситуация была сложной, и Белл начал терять способность продумывать свои дальнейшие шаги. Придется ему довериться Силе, пусть она руководит его действиями.
Впереди что-то случилось. Белл и Лоден услышали бластерный выстрел, и мгновением спустя из повозки кого-то выбросили. Нигилы ускорились, а неподвижное тело осталось лежать на земле.
– Это не нигил, – заметил Белл. – Маски нет. Они что, убили одного из пленных?
Лоден промолчал.
Джедаи бросились вперед. С каждым метром детали случившегося становились все отчетливее. Жертвой оказалась мать.
– Она жива, – воскликнул Белл. – Я ее чувствую.
Словно бы в подтверждение этих слов женщина подняла руку – даже с такого расстояния в этом слабом жесте чувствовалась вся ее боль.
Нигилы почти добрались до своего корабля.
А джедаи доскакали до женщины. Оба затормозили и спрыгнули наземь. В боку несчастной дымилась дыра. Скорее всего, рана не была смертельной, по крайней мере, мгновенно свою жертву она не убила.
– Прошу, – произнесла женщина тихим, слабым голосом. – Мои дети, мой муж. Пожалуйста, вы должны…
– Мы спасем их, – уверенным тоном заверил ее Лоден, правда, Белл не знал, действительно ли его учитель испытывал эту уверенность, или говорил так, только чтобы успокоить пострадавшую. – Как вас зовут?
– Эрика, – ответила она. – Эрика Блайт.
Лоден протянул руку к ране женщины.
– Эрика, я могу помочь вам с раной при помощи Силы. Я смогу поддерживать вас, пока мы не окажемся на нашем аванпосту, где вам окажут должное лечение.