– В постели можно умереть так же запросто, как и в бою, Сскир, – произнесла она, забираясь в истребитель.
– Это совершеннейшая неправда, – возразил Сскир, надевая на свою широкую морду кислородную маску и усаживаясь в кресло пилота. – Давай просто договоримся не умирать?
– Договорились, – согласилась Малли и закрыла колпак кабины.
Джора достала свой световой меч – золотой цилиндр с изогнутой платиновой гардой, опускающейся обратно к рукоятке словно крылья – и поместила его на панель активации орудий «Вектора». Системы наведения зажглись ярким белым цветом – цветом его клинка. В свое время Джора извлекла его кайбер-кристалл – тогда еще кроваво-красный – из древнего светового копья ситхов и исцелила, очистив от гнева и боли, влитых в него предыдущим владельцем. Ритуал должен был стать лишь умственным упражнением, попыткой выяснить, как это делается, но когда он подошел к концу, Джора установила с кристаллом крепкую связь и теперь использовала его как ядро своего главного оружия.
Она толкнула рукоятки управления вперед и вырвалась из ангара в открытый космос.
Вокруг нее начали появляться другие «Векторы», покидающие «Невозмутимость».
– Джедаи, равнение на меня, – велела Джора Малли, и корабли выстроились вокруг нее плотной формацией, недоступной никому, кроме джедаев.
Это был идеально слаженный дрифт, и лишь одна вещь в Галактике была сравнима с возможностью его увидеть – возможность стать его частью.
Впереди джедаев ждала битва, и они переломят ее ход.
Эриадские корабли приближались медленно и неотступно. Их уже стало видно невооруженным глазом, а значит, нигилы оказались в пределах досягаемости их орудий, но эриадцы не спешили открывать огонь. Кассав посчитал, что знает причину. Охотники хотели до смерти напугать свою добычу, прежде чем убить ее.
Битва – это пожалуйста. А вот такое ожидание было просто невыносимым.
Длинные и узкие корабли эриадцев смахивали на лезвия. Они напоминали мечи, чье острие было нацелено прямо на Кассава.
– Отряди треть кораблей к эриадцам, – прокричал он Сырому Малому. – От них нужно избавиться.
– Будет сделано, босс, – ответил гунган.
В его голосе сквозила неуверенность. Неудивительно. Кассав и сам сомневался в своем решении. Они уничтожили немало «Стержней» и «Небесных крыльев», но к схватке наконец присоединились джедаи на своих проклятых вертких «Векторах». Да и пускай. Джедаи смертны, как и все прочие. Никто никогда и не утверждал обратного.
Но у нигилов заканчивались трюки в рукаве, а республиканцы становились умнее и переложили основную часть работы на большие пушки своих крейсеров. Пора сваливать. Сейчас Кассаву была жизненно необходима Тропа, но вероятность получить ее стремилась к…
– Кассав! – В голосе Сырого Малого прорезалось что-то новенькое – надежда. – Я достучался до Маркиона Ро!
– Соединяй! – прокричал Кассав. – По личному каналу!
Под маской Хозяина Бури раздался голос Маркиона Ро.
– Привет, Кассав, – произнес он. – Что, вляпался в неприятности?
«А то ты сам не знаешь», – подумал Кассав.
– Да, – ответил он. – Ударная группа Республики, толпа джедаев и даже несколько кораблей с Эриаду. Прямо какая-то засада. Знаю, ты хочешь избавиться от этого бортового самописца, но нам бы действительно пригодилась Тропа, чтобы убраться отсюда. Нас неслабо потрепали, Маркион. Серьезно досталось всей буре.
– Там должно было быть всего несколько транспортников, – ответил Маркион Ро. – Не знаю, что случилось. Будет тебе Тропа. Просто продолжай сражаться. И я хотел бы сказать пару слов твоей буре. Как Глаз.
– Ладно, хорошо, но как, по-твоему, через сколько ты сможешь прислать Тропу, потому что…
Сигнал оборвался. Кассав пожалел, что не может пролезть по каналу связи на тот конец. Не для того, чтобы вырваться отсюда, а затем, чтобы отыскать Маркиона Ро и порешить его самым жестоким способом, на который только хватит фантазии.
Сырой Малый снова подал голос.
– Еще одна передача от Глаза, – сообщил он. – На все корабли.
– Выводи на громкую связь, – распорядился Кассав.
Крушепанк, все еще ревущий из динамиков мостика, тут же стих, когда по «Новой элите» и остальным кораблям нигилов разнесся голос Маркиона Ро.
– Я – Глаз Нигилов, и я вижу битву, которую вы ведете. Я вижу, как Республика пытается отнять вашу свободу, пытается отнять с таким трудом нажитые кредиты, пытается отнять ваш образ жизни… она желает вашей смерти. Просто за то, что вы живете. Просто за то, что вы существуете. Просто за то, что вы идете путем, отличным от их.