Чудеса – удел джедаев.
А джедаи, похоже, заняты чем-то другим.
– Залп шестью ракетами, – приказал Брайт.
Иннамин замешкался.
– Но, сэр, это же весь наш боезапас. Вы уверены…
Брайт кивнул и указал на экран Иннамина. Траектория угрожающе красного огонька – аномалии – пересекалась с большим зеленым диском, обозначавшим станцию по сбору солнечной энергии, равноудаленную от всех трех светил системы Хетцаль. Незваному гостю еще предстояло преодолеть некоторое расстояние, но с каждой секундой оно неумолимо сокращалось.
– Аномалия летит прямиком к этой солнечной батарее. Согласно данным, полученным от местных, на борту экипаж из семи существ. Мы не успеем добраться до станции и эвакуировать ее персонал до столкновения, но наши ракеты успеют. Если шансы сбить аномалию составляют один к трем, то залп шестью ракетами удвоит их. Все еще не идеально, но…
Третий и последний член экипажа, мичман Пиплс, зажужжал своим хоботком, словно собираясь что-то сказать, но Брайт отмахнулся от него и продолжил:
– Да, Пиплс, я знаю, что математика тут не работает. Но меня больше заботит другое уравнение: выстрелив шестью ракетами, мы можем спасти семь жизней. Давайте посмотрим, что у нас получится.
Системы наведения «Авроры‐9» продолжали работать, и сейчас, когда смертоносная красная точка все ближе подбиралась к живым существам, оказавшимся в ловушке на солнечной ферме, они уже не казались такими совершенными. «Стержень» полным ходом спешил к станции, сокращая расстояние, которое потребуется преодолеть его снарядам – своего рода занимательная задача о траектории, ускорении и физике, пробудившая пространственные инстинкты Брайта, выработанные за долгие годы жизни под водой. Он снова покачал головой, зашуршав густой копной толстых зеленых щупалец, растущих на затылке, и укорил себя за то, что отвлекся, в то время как живые существа на борту батареи молятся о своих жизнях.
Шесть быстрых толчков, прокатившихся по корпусу корабля, оповестили, что ракеты стартовали, а у «Авроры‐9» теперь остались только лазеры. Тонкие струи дыма отмечали проделанный ракетами путь. Разогнавшись до максимальной скорости за считаные секунды, снаряды мгновенно скрылись из виду.
– Ракеты ушли, – доложил Иннамин.
Теперь все зависело от навороченного распределенного процессора корабля и того, удалось ли ему высчитать верные траектории ракет. Может, все шесть попадут в цель. Исключать подобное было нельзя.
Весь экипаж уткнулся в экран, отображавший шесть ракет, быстро летящую аномалию, их собственный корабль и солнечную батарею, которая на глазах превращалась в точку встречи всех девяти объектов.
С монитора пропала первая ракета. Ничего не изменилось.
– Первая ракета – промах, – без надобности доложил Иннамин.
Погасли значки двух следующих ракет. Брайт поднял руку прежде, чем юноша успел открыть рот.
– Мы тоже все видим, старшина, – сказал он.
И снова два промаха. Осталась одна ракета. Больше опять же ничего не изменилось.
Последняя ракета исчезла с экрана, даже близко не достигнув аномалии. По мостику прокатился коллективный вздох отчаяния.
– Бластеры? – спросил Брайт, заранее зная ответ.
– Прошу прощения, сэр, – ответил мичман Пиплс высоким, пронзительным голосом. – Такой выстрел не по плечу даже лучшему стрелку во вселенной, а я где-то в конце первой десятки.
Брайт вздохнул. Представители расы Пиплса отличались совершенно уникальным пониманием юмора – не самих шуток, которые по большей части были вполне приличными, но подходящего для них момента.
– Благодарю, мичман, – ответил капитан.
Солнечную батарею уже можно было различить за обзорным экраном – большая тонкая структура, похожая на один из перьевых кораллов, обитающих в морях на родине Брайта. Сотни длинных рукавов по спирали разбегались от центральной сферы, где жила и работала команда. Каждый из рукавов был оснащен набором помаргивающих и медленно вращающихся панелей, что впитывали в себя свет трех солнц системы, которые и подарили Хетцаль-Прайму и его спутникам необычайно долгие посевные периоды. Батарея возвращала солнечный свет обратно на аграрные планеты, накапливая и передавая его вниз с помощью особой запатентованной технологии – местной гордости.