Ларенс Гарелло попытался задержать дыхание, но от шока его сердце колотилось как бешеное, да и был он уже далеко не молод. Он сделал один вдох, но в легкие ворвался уже не воздух, и организм моментально отреагировал на яд.
Взглянув в проход, Гарелло увидел входящих на мостик нигилов. Перед глазами все плыло, но Ларенс успел заметить маски налетчиков и подумать, что их обладатели хотели производить впечатление чудовищ.
Ларенс Гарелло сделал последний обжигающий вдох и понял, что ему не суждено стать одним из тех немногих, кто пережил встречу с нигилами.
Часть вторая
Тропы
Глава 19
Корусант.
Площадь монументов
Лина Со коснулась ладонью шершавой поверхности Умате, высочайшего пика горной гряды Манараи. Вершина горы находилась метрах в двадцати над ее головой, а основание покоилось где-то на 5216 уровней ниже, в глубинах города-планеты, коим являлся Корусант. Это было единственное место на всей планете, где еще можно было увидеть кусочек ее первозданного ландшафта. Глубже город поглощал гору, превращая ее в переплетение облицованных дюрасталью и пермакритом тоннелей, проходов и полостей, практически не отличимых от других областей Корусанта. Но здесь пока что сохранялась частичка дикой природы.
Со всей Республики граждане съезжались на площадь Монументов, чтобы увидеть Умате, и многие поступали так же, как Лина Со, – касались поверхности горы, на мгновение погружаясь в раздумья. Потемневшее кольцо вокруг основания пика говорило о бесчисленном количестве рук, касавшихся его на протяжении многих поколений. Столько разных умов, разных мыслей, разных точек зрения. Для каждого Умате символизировал что-то свое: стойкость, сопротивление природы попыткам разумных существ переделать Галактику под себя, да хотя бы просто необычный островок естества в окружении искусственного мира.
Для Лины Со, канцлера великой Республики, что дарила свет мириадам планет Галактики и объединила их в просвещенный союз, для которого не существовало ничего невозможного, Умате знаменовал собой… наличие выбора.
За прошедшие тысячелетия городские архитекторы могли тысячу раз срыть гору, однако сменялись поколения, а она все так же стояла на прежнем месте. Они раз за разом принимали решение – делали выбор – сохранить это единственное в своем роде место, этот уникальный феномен. За долгую историю Корусанта на нем сменилось множество государственных строев, но при всех политических системах, от жестоких империй до абсолютных демократий, Умате сохранялся в своем первозданном виде, а площадь Монументов век за веком поднималась все выше и выше вместе с новыми городскими уровнями.
Прогресс был важен и неизбежен, но он не был единственной целью. Осознанность не менее важна. Как и возможность выбора.
Канцлер Со отступила от горной вершины и развернулась. Матари и Вору подняли свои огромные морды и шагнули ей навстречу. Прекрасные громадные звери, улавливающие ее настроение, сразу поняли, что канцлер готова двигаться дальше. Два таргона-близнеца, красный самец и желтая самка, ростом выше своей хозяйки, с густым мехом и пушистыми ушами, заняли привычные места по бокам от Лины и, не отставая, последовали за ней прочь от Умате. Огромные кошки всюду сопровождали канцлера Республики, выполняя роль телохранителей, спутников и даже тестовой аудитории. Лина частенько говорила с питомцами, когда обдумывала свои планы и идеи. Слов таргоны не распознавали, но зато обладали зачаточными способностями к эмпатии, что для хищников было весьма необычно. Матари и Вору не понимали смысла ее речей, но ощущали вложенные в них чувства. И самое главное: таргоны были беззаветно преданы своей хозяйке. Лина Со была политиком, а посему ценила верность превыше всего.
Поверхность уровня 5216, окружавшего вершину пика Умате, была превращена в зеленую зону. Архитекторы попытались воссоздать оригинальные растения и деревья, которые встречались у подножия горы тысячелетия назад, когда по поверхности планеты еще можно было ходить. Никто толком не знал, насколько точным оказался выбор оформителей парка, но зрелище, безусловно, получилось довольно приятным.
Обычно на площади Монументов было полно туристов, ждущих возможности прикоснуться к Умате. Длинная очередь тянулась через весь парк почти до Сенатского холма. Однако сейчас здесь было пусто – всех вывели силы Службы безопасности Корусанта. Лина могла провести эту встречу и у себя в офисе, и в почти что любой другой точке планеты, но она любила бывать здесь. На вершине Умате канцлер сильнее, чем где-либо, чувствовала связь с остальной Республикой. Служба безопасности сходила с ума, поскольку чисто теоретически на таком открытом месте Лина оказывалась уязвима для нападения с воздуха (хотя сама она считала, что, если понадобится, Матари и Вору найдут способ сбить опасный спидер). Лина Со не волновалась ни о воздушных, ни о каких-либо иных атаках. Она находилась в самом сердце Ядра, а в Республике, не считая единичных региональных склок, царил мир. На площади Монументов канцлер едва ли была в большей опасности, чем в собственной постели.