Индира развернулась в сторону тропы, ведущей обратно к аванпосту.
– Пошли, – позвала она. – Портер готовит завтрак. Похлебка из девяти яиц. И он сказал, что нашел несколько каменных перцев.
– Думаете, Лоден даст мне спокойно поесть перед тем, как снова скинет со скалы? – спросил Белл.
– Я настою, – заверила Индира. – Нельзя же умирать на голодный желудок.
– Ого, – заметил Белл. – Вы так добры.
Падаван последовал за Индирой, а Искра затрусила рядом с ним.
Отто поднес к глазу свой монокуляр. У устройства была настройка, позволяющая видеть сквозь стены и различать тепловые следы снаружи – весьма кстати, потому что нигилы уже вырубили камеры наблюдения. По мониторам в убежище бежали одни помехи.
Однако не все элементы навороченной охранной системы, которую они установили после переезда, вышли из строя. Усиленные дюрастальные автоставни сработали, как и было обещано, – едва семья оказалась внутри, окна и двери наглухо запечатались, но без камер домочадцы оказались практически слепы.
У Отто только и был что этот монокуляр да размытые силуэты, которые он показывал в инфракрасном режиме. Нигилы отображались на нем как пурпурно-красные очертания со странными, деформированными головами. За свою жизнь Отто повидал представителей сотен различных рас, но с кем-то вроде нигилов ему встречаться не доводилось. Это навело на мысль, что они, должно быть, носят маски. И тогда получается, все эти рассказы очевидцев и сообщения о том, что налетчики пользовались газом, чтобы скрыть свои действия и обездвижить жертв, были правдой. От подобных знаний легче не становилось. Нигилы все так же оставались чудовищами, взявшимися неведомо откуда.
Да и газ тоже наверняка никуда не делся, пусть даже окуляр не мог его показать. Насколько знал Отто, к принадлежавшим семье стальцам никто не прикасался, однако все они лежали на боку в своем загоне – мертвые или без сознания.
– Газ не просочится сквозь ставни? – поинтересовалась Эрика, которая явно думала о том же, о чем и ее муж.
– Производитель заверял, что нет. По задумке убежище неприступно для всего, кроме высокоинтенсивного бластерного огня, а также непроницаемо для химического и радиологического оружия.
– А как же взрывчатка? – уточнила Эрика. – Вдруг она у них есть?
Отто не ответил.
– В общем, что бы они ни притащили, я готова драться, – заявила она.
Отто отложил окуляр в сторону и взглянул на жену.
Эрика в последний раз что-то нажала на своем инфопланшете и протянула его Отто. На экране были перечислены детали придуманного супругой плана.
– Пожалуй, спидер, да?
– Ага, – согласился Отто. – Как минимум это даст нам немного времени. Может, кто-нибудь увидит взрыв, или нигилы уберутся подобру-поздорову.
Теперь настала очередь его жены промолчать.
– Ронн, ну как? – спросил Отто у своего тринадцатилетнего сына, который обычно демонстрировал все характерные черты переходного возраста. Но сейчас его обычные подростковые тревоги и непокорность были отброшены в сторону – ради сохранения жизней своих родных мальчик послушно делал ровно то, что ему было велено.
По семейному комлинку Ронн пытался связаться хоть с кем-нибудь в Надежде Огдена, кто мог бы помочь. Их девятилетняя дочь Би прижалась к брату в поисках утешения. В руках девочка сжимала мягкую игрушку – варактила. Если Отто не ошибался, до сегодняшнего дня она уже несколько лет о ней не вспоминала.
– Не могу дозвониться, пап. Я посмотрел прогноз погоды: между нами и Надеждой Огдена бушует большая ржавая буря. Наверное, из-за нее нет связи.
– Не оставляй попыток, сын, – попросил Отто. – Твоя мама подарит нам немного времени.
Снизу раздался какой-то грохот – не взрыв, а тот звук, что издает металл, ударивший по металлу. Отто снова поднес к глазу монокуляр и увидел, что четверо нигилов сгрудились возле входной двери. Они выглядели так, будто все вместе держали что-то в руках, но в инфракрасном режиме предмет был невидим. Отто предположил, что это таран из холодной дюрастали.
– Они пытаются выбить дверь, – сообщил он.
Еще один удар!
– Эрика, давай! – скомандовал Отто.
Жена нажала кнопку на экране инфопланшета.
Отто разглядел, как стоявшие снаружи четыре дроида-копалки выходят из спящего режима и покидают свой загончик неподалеку от дома. Их очертания в окуляре были желто-зелеными – они излучали отличное от нигилов тепло, – но все равно хорошо различимыми.
Выйдя из загона, машины ускорились и быстро направились к противоположному краю двора. Дроиды-копалки были шумными и мощными промышленными машинами, предназначенными для того, чтобы пробивать в земле дыры и извлекать образовавшийся щебень. Незаметность – это было не про них, хотя не исключено, что газ, который предположительно все еще клубился снаружи, отчасти скрывал их действия. Четверка дроидов разделилась: двое направились к бандитам возле входной двери, еще двое – к спидеру.