-Что? – «Ну уж нет! Знаем таких хитрых. Когда-то их с мужем родственники запихнули после свадьбы в баню: чтобы больше не стеснялись друг друга. Наивная простота! Плохо старшее поколение знали молодёжь девяностых! Но эти прохвосты пусть помаются. В следующий раз не будут утаивать существенные пункты договора. Да и нечего пока приваживать. Нужно всё хорошенько взвесить и обдумать. Возможно, не так страшен чёрт, как его малюют. Тем более, он один, а этих гавриков трое», - С этим я справлюсь сама. Не ребёнок. Если забыли, я почти бабушка, - и теперь удалиться «ножка от бедра» под голодные взгляды, главное не навернуться, запутавшись в простыне. Гордость наше всё!
Не навернулась. Фух. Отгородилась дверью.
«Итак. Научный тык спешит на помощь!» В центре просторной комнаты в пол была утоплена овальная ванная, пожалуй, способная вместить и пятерых одновременно. За узорной ширмой спрятался почти привычный «белый друг», коим быстренько и воспользовались. Рядом в стене находилась небольшая ниша, в которой тут же полилась тёплая вода, стоило лишь поднести руки: «Хм. Как сенсоры в общественных туалетах».
На краю ванны тускло поблёскивали два каменных цветка. Лёгкое касание пальцами и вуаля: приятно горячая вода приглашает понежиться, а ароматная жидкость из флакона манит воздушной пеной.
Мышцы благодарно расслабились, вызывая невольный стон наслаждения. Лана откинулась на бортик, прикрыв в полудрёме глаза. Хотелось покоя. Приятная нега постепенно завладевала телом и разумом, постепенно подводя к грани сознания.
-Вернись ко мне. Вернись! – вкрадчивый голос заставил поёжиться от неприятного ощущения безапелляционного приказа, так не кстати нарушая зыбкое ощущение уединения.
-Что за? – открыв глаза, Лада в недоумении уставилась на ставшую прозрачной стену напротив, явившую взору, протягивающего руку в призывном жесте сногсшибательного по своей красоте мужчину. Красивого до одури опасной хищной красотой злого героя кинокартин. Изумрудный взгляд примагничивал, заставляя покориться, согласиться, не сопротивляться:
-Любимая, иди ко мне! Скажи своё имя, чтобы я смог забрать тебя! Скажи сейчас же! Не смей отказываться! Ты обязана вернуться ко мне.
-Что? – тряхнула головой, пытаясь разорвать зрительный контакт. В душе по нарастающей разрасталась буря протеста на такую бесцеремонную безапелляционность: «Ещё какой-то левый мудак будет мне диктовать, что делать!»
В дверь рыча начал царапаться Стэп, переходя на отчаянный заливистый лай. Не прошло и царка, как это препятствие постарались снести со стороны спальной.
-Милая впусти нас, - попросил Телион, стараясь говорить предельно ласково, но невольно упуская нотки отнюдь не наигранного беспокойства.
«Я что заперлась?»
-Не пускай их. Впусти меня, - приказал вторженец. – Имя. Мне нужно знать его. Ты моя истинная пара. Так ведь говорят в твоём родном мире. Я люблю тебя. Стану хорошим мужем, спрятав ото всех за каменной стеной. Зачем тебе эти недоноски? Они слабее меня. Всё равно не смогут защитить! Сама подумай: трое на одну! Какое унижение! Поиграют и выбросят, как использованную куклу. Разве приличная женщина позволит такое? Я никому на тебя даже взглянуть не позволю. Ты будешь моей и только моей! Стены моего замка надёжно укроют тебя.
«А вот это ты зря, парниша! Прошли те годы, когда мне было важно чужое мнение на этот счёт! А ещё, хоть память и девичья, но склероз старческий маразмом пока не настиг, и в памяти моей свежо, как моя первая любовь говорил в той же интонации, обвиняя в интересе к его друзьям и брату. А я всего лишь старалась быть вежливой. Он тоже орал про шлюшку и слабость на передок. А ещё долго и упорно доказывал, что я должна сидеть в четырёх стенах и носа оттуда не показывать. И дальше по тексту. Мужу потом стоило большого труда помочь мне выбраться из дерьма комплекса падшей женщины. Как жаль, что Димочка так мало был рядом».
-Родная, подумай, что хочешь нас впустить, - настойчиво умолял Тулан. – Разве ты не можешь открыть дверь собственного дома? - это раздражённое уже Тигону.
-Хозяйка здесь теперь наша жена. Лишь она властна пустить или не пустить к себе. Тебе ли не знать прописных истин, - рыкнул старший муж. – Милая. Если ты не желаешь никого видеть, просто закройся ото всех. И от него. Прошу, родная. Драгоценная, не позволяй запутать тебя. Не поддавайся на его провокации.