— Венсан, что случилось? — удивилась Миреил, только недавно болтающая безумолку.
— Кажется, мне и правда не очень хорошо… Я, пожалуй, пойду домой, — соврал юноша, на деле просто желая сбежать от молодых людей куда подальше.
Нет-нет, ребята были отличными и Габриэль, несмотря на свою зажатость, даже мог спокойно им отвечать не боясь, что его зачморят. Но все случилось слишком резко и парень не смог вынести эту ношу общения за один день.
— Тебе не хорошо? Тогда может…
— Я провожу.
Тут же встал Феликс, перебив девушку, до этого сидевший рядом с Габриэлем, да так, что юноше было чертовски жарко от столь близкого контакта. Возможно, для друзей нормально вот так сидеть друг с другом прислоняясь плечами, но не для Габриэля.
— Не стоит, я сам и…
— Идём, — перебил юношу Феликс осторожно взяв его под локоть, чтоб повести за собой.
— Да вы просто прогульщики! Не будем мы вас прикрывать, ясно?! — бросила Миреил скрестив руки в обиженной позе.
— Ой, ну конечно. Крошка моя, ты же первая начнёшь заступаться за этих двоих, — расхохотался Андрэ.
— Да иди ты…
Трое ребят принялись кидаться шутками, которые уже не слышал Габриэль, идущий за Феликсом. Желтоглазый красавиц вел юношу за собой, не отпуская его и идя так близко, словно готовый в любой момент подхватить больного друга на руки.
— Феликс, ну серьезно… Я правда могу сам дойти до дома, — прогорел парень, у которого покраснела лицо, и он очень боялся, что и Феликс заметит его румянец и он заметил.
— Твоя мать на работе, а у тебя, по все видимости, жар. Неужто ты правда думаешь, что я оставлю тебя в таком виде одного? — юноша говорил строгим голосом, но в нём так и слышалось переживание и тревога за друга.
Вновь услышав, как о нём кто-то печётся, Габриэль опустил глаза, не в силах больше сказать ни слова.
«Черт! Нельзя…», – сам себе говорил парень, которому внезапно захотелось крепко обнять человека, так сильно заботившемуся о нём.
Зайдя в дом, Феликс отправил юношу отдыхать, а сам принялся кулинарить, но Габриэль не хотел лежать на кровати, ведь болезнь была выдумкой и парню вовсе не было плохо. Наоборот, казалось, что рядом с Феликсом Габриэлю было лучше, чем с кем-либо ещё.
— Я помогу тебе, — взяв досточку и начав резать овощи, выдал юноша, удивив этим Феликса.
— Ты же ненавидишь готовить?
— Иногда люблю и вот сейчас у меня как раз есть желание. Ты против? — сам не заметив, как легко говорит с плохо знакомым юношей, проговорил Габриэль, уловив лёгкое замешательство парня, а затем…
«Ого… », – Габриэль ещё никогда в жизни не видел столь прекрасной улыбки, а учитывая то, что Феликс достаточно хмурый молодой человек, то на его прекрасном лице данная улыбка была краше любых украшений.
— С тобой точно все нормально? — вновь забеспокоился юноша, заметив на лице друга красноту.
— Да-да, всё… Всё пучком, — отмахнулся от парня Габриэль, пряча своё лицо за короткими волосами, закрывающие лишь глаза.
Решив больше не поднимать эту тему, двое парней принялись готовить обед и оказалось готовка это очень весело. Потихоньку начав разговор, двое парней принялись болтать о различных блюдах, шутили о продуктах, и чуть было не пересолили свой обед. Габриэль говорил от имени Венсана, чётко следя за тем, чтобы не сболтнуть лишнего, но казалось Феликс может поддержать любую тему и стоит только начать, юношу уже не остановить.
Три часа пролетели незаметно, и уже находясь в комнате, двое парней принялись слушать музыку. Эта была идея Феликса и как понял Габриэль, они с Венсаном частенько вот так зависают вдвоём, беззаботно болтая и наслаждаясь любимыми композициями и едой.
— Такая красивая песня, — слушая неизвестную композицию, исполненную под гитару, выдал Габриэль.
— Сам себя не похвалишь, никто не подхватит, да? — усмехнулся Феликс, и только тогда Габриэль осознал, что они слушают не абы кого, а песни самого Венсана.
— Ну, тебе же тоже нравятся мои песни, да? — претворившись дурачком, спросил Габриэль.
— Конечно нравятся, — не задумываясь ответил Феликс.
Габриэль было открыл рот, чтобы ещё что-нибудь ляпнуть, как вдруг потерял дар речи посмотрев на прекрасного юношу слушающего песни с таким завораживающим лицом, от которого просто нереально было оторвать глаз.
Ещё с двенадцати лет Габриэль начал понимать, что он не совсем такой как все, в плане сексуальных предпочтений. Юноша никогда не мог представить, чтобы он был над девушкой, а вот находиться под парнем ему казалось чертовски соблазнительным.
Несмотря на свои грязные мечты, парень понимал, что ни с девушкой, ни с парнем ему не светит, но сейчас… Впервые увидев фото Феликса Габриэль ощутил смущение, а познакомившись с юношей в живую осознал, как же он прекрасен и телом, и душой.