— Как она красива!
— Я просил Джека привести ее вчера из Лондона. Здесь их невозможно достать. Я даже представлял себе, как великолепно она тебе подойдет.
Он прикрепил цветок к ее запястью, и кожа в месте его прикосновения ощутила мягкость и прохладу.
— Как она красива, — снова повторила Каролин и в восхищении притронулась к цветку. — Спасибо, Джейсон.
Когда она подняла на него свои нежные голубые глаза, у него даже перехватило дыхание.
— Синтия…
Мгновение ей казалось, что сейчас он поцелует ее, она даже слегка подалась вперед, но Джейсон внезапно выпрямился, и вид его снова стал отсутствующим.
— Мы… должны поторопиться, иначе не попадем в бальную залу раньше наших гостей, — сказал он.
Каролин попыталась подавить возникшие эмоции. Захватив веер, она сказала:
— Да, конечно. Я готова.
В одном конце бального зала была небольшая сцена для музыкантов, прямо перед которой находилось огромное пространство для танцев. Паркетный пол сверкал, стены были выкрашены в нежно-кремовый цвет и богато декорированы изящной лепкой. С потолка свешивалась большая хрустальная люстра. Газовые светильники на стенах отбрасывали мягкий свет. С одной стороны этой огромной комнаты находились три ниши с высокими и узкими окнами-фонарями, под которыми помещались скамеечки, занавески и подушечки были сделаны из красного плюша и смотрелись прекрасным ярким пятном в бледной отделке зала.
Каролин уже видела эту комнату во время своей тайной инспекции дома, тогда ее поразило великолепие помещения, но сейчас, освещенный люстрами и украшенный букетами цветов, бальный зал выглядел просто сногсшибательно. Восемь пар, которые они пригласили на уик-энд, просто потерялись бы в нем, поэтому они разослали приглашения на бал всей окрестной знати. Здесь должны были быть Хью, Томас и Миллисент Нельсоны, вдова адмирала Паркера с целым выводком дочерей на выданье.
Вся нервозность, которую испытывала Каролин при встрече с новыми гостями, улетучилась, как только начались танцы. Каролин обожала их. Она была замечательной партнершей, и вскоре ее карточка была полностью заполнена. Джейсон записался на три вальса. Марк Симмонс подошел к ней в присутствии многих других гостей, и ей ничего не оставалось как вежливо обещать ему один из танцев, но она сделала так, чтобы это был какой-нибудь быстрый танец, а не более интимный вальс. Ее выбор раздосадовал его, но он не мог ей это высказать при всех. Позже, когда Марк вывел ее на танцевальную площадку, он с горечью прошептал:
— Как могла ты подсунуть мне этот танец? Я заслуживаю хотя бы один вальс.
— Мистер Симмонс…
— Черт побери, Синтия! Я не намерен это терпеть. Ты меня слышишь? Ты несколько месяцев водишь меня за нос. Я был готов для тебя на все. А теперь ты ведешь себя так, словно мы едва знакомы!
— Вы хотите сказать, что месяцами позволяли себя дурачить, — парировала Каролин. — Но при чем здесь я?
— Что случилось с тобой? — взмолился он. — Ты же любила меня!
— Боюсь, что ваше самомнение слишком высоко.
— Самомнение! Ты называешь это самомнением, после того как сама залезла в мою постель?
Сердце Каролин подскочило. Теперь она автоматически выполняла все сложные движения танца, мысли ее были далеко. Его слова эхом отзывались в ее голове: «…сама залезла в мою постель…» Синтия с этим глуповатым мальчишкой была в любовной связи…
Даже если предположить, что все сказанное Марком ранее можно было бы приписать его юношеской привычке все преувеличивать, то от его последнего заявления деваться было просто некуда. С какой стати ему лгать об этом, когда он уверен, что говорит с Синтией, которая точно знала бы, что это не соответствует действительности? Значит, все, о чем он говорит, не плод его разгоряченного воображения и не преувеличение реакции Синтии на украденный им поцелуй, это было излияниями разгоряченного, охваченного страстью любовника.
Каролин оправдывала измену Синтии с Деннисом Бингемом, считая это единственной возможностью быть с человеком, которого сестра любила, единственным способом избавиться от жестокого мужа, обижавшего ее. Но теперь она сомневалась в порядочности сестры вообще и гадала, были ли у нее и другие связи на стороне. Она вспомнила злобное замечание Джейсона о любовниках Синтии, но тогда она предпочла не обратить на него внимания. Но сейчас? Сейчас она была в растерянности и не знала, чему верить.