Выбрать главу

В какой-то момент даже Бельский перестал жевать и стал слушать. У всех лица были вытянутыми. Особенно, когда Брилар красочно описал первое появление Киры в гильдии, или, например, когда она одна по каким-то совершенно не ведомым причинам, отправилась к колдуну, чтобы… спасти им жизни. Это, пожалуй, удивило команду больше всего.

Но Стас все никак не мог в это до конца поверить.

– Кира? – Переспросил на всякий случай Стас. – Моя Кира?

– Что значит «моя»? – Выплюнул Бельский.

– Не отвлекайся, ешь, там где-то глубоко может быть яд, – отмахнулся от Бельского Стас, тот сначала выдал что-то нечленораздельное, потом поперхнулся и закашлялся, перестав мешать разговору.

Брилар поведал обо всех подробностях, о том, что Кира рассказала, и о месте, куда отправилась. По окончании повествования все Световые пребывали в некотором замешательстве. Во-первых, нападение на Световых, причем открытое нападение – это естественно ни о чем хорошем не говорило.

А, во-вторых, Стаса очень сильно беспокоило то, что рассказал Брилар об этом Эткане, а именно о том, как тот ушел в Тень. Да, Стас имел представление о Теневиках из практики, он сражался с ними, прекрасно оценивал и понимал всю мощь и масштабность их разрушительной силы.

Но чтобы кто-то из людей в любом из миров пользовался Тенью, чтобы перемещаться по ней – такое для Стаса было чем-то из ряда вон выходящим. Понятное дело, он первым делом доложит об этом начальству.

Но сначала самое главное. Стас ухмыльнулся, подметив про себя, что действия Лекарки его по меньшей мере удивили и вздохнул.

– Значит, Кира отправилась нас спасать, – заключил Стас.

Брилар кивнул, а Егор нахмурился и ревностно выдал:

– Почему это она полетела на воздухоплавателе в Траверсину? – Возмутился парень.

– Потому что ты пил, – рявкнул на русском в ответ Стас.

– Потому что я пил, – сгорбившись и склонившись над своим блокнотом, виновато пробасил Егор и замолчал.

– Где именно она сейчас находится? – Снова перешел на нэйское наречение Стас, обратившись к Брилару.

– Последний раз мои наемники видели ее в Барсане.

Егор поперхнулся.

– Барсана? – Пискнул он, завидуя Кире так, что даже чуть не сломал карандаш. – Она еще и туда поехала? Как?

– Мои люди видели ее с Альтером на лошади, – решил, что это был вполне себе вопрос, спокойно объяснил Брилар.

– А я ведь не хотел пить! – Стукнул себя по лбу Егор и принялся что-то старательно стирать в своем блокноте. – Больше никогда не поддамся. Ни капли! Ни разу!

– Да! – Поддержал Бельский. – Я тоже!

И запил свой комок не пережеванной еды местным пивом. Стас постарался это проигнорировать.

– Я так полагаю, вы поедете в Барсану, – заключил Брилар, и Егор мгновенно расцвел.

– Все верно, – подтвердил Стас, а Егор расплылся в широченной улыбке и радостно принялся записывать что-то в свой блокнот.

– Мои люди встретят вас и сообщат, в какую сторону они пошли.

– Еще раз – как зовут того колдуна?

Тут Брилар слегка замялся и сделал небольшую паузу, видимо уже понимая, к чему это приведет.

– Вик Альтер Ста Ритицэя.

Стас покопался в своей памяти несколько мгновений, а потом вспомнил, кому именно принадлежит это имя и уставился на Брилара:

– Притэрэн? – Возмутился Стас.

Егор тут же записал новое слово и стал ожидать объяснений.

– Не волнуйтесь, он не опасен, – заверил Брилар.

– Он Притэрэн, – строго напомнил Стас.

– Да, но он мой друг и я ему доверяю, – в этот раз с нажимом заметил Брилар.

Свой тон глава гильдии впервые за весь разговор изменил с доброжелательного на непоколебимую уверенность. Может чуть-чуть предупреждающая предосторожность.

Стаса все равно не порадовали подобные заверения. Притэрэн, ага, как же! Стасу посчастливилось однажды отправиться на одно задание, где он и встретил этого… Притэрэна. Сильные, выносливые, способные входить в иные состояния других живых существ, иногда даже примерять на себе души.

Но больше всего его беспокоило не это. Стас знал, что Притэрэны в некотором смысле «вольны» принимать решения, согласно их представлениям о мире. На том задании, например, Притэрэн, как некая квинтэссенция всей магии и природы целого мира посчитал, что один многочисленный клан имел неосторожность нарушать своими действиями баланс.