Вспоминая, как я угрожала ему тогда в гильдии, я отлично видела его глаза. Не было ничего, чтобы могло выдать его принадлежность к Теням. Хотя, как вообще эта принадлежность могла бы проявиться? И могла ли она проявиться?
– Кира, – тихо позвал Ник, встав рядом со мной у окна. Я взглянула на него и увидела в его глазах то же, что и в глазах других моих коллег раньше: волнение и беспокойство, но далеко не из-за случившегося. Меня это немножко раздражало, но это все же лучше, чем «разбирайся сама» и обморок в критической ситуации, как было в первый раз. – Ты в порядке?
– Конечно, – спокойно улыбнулась я.
Пусть чуточку не по себе, но это нормально, уверена, что и Нику не по себе. Мы такое узнали! Было бы странно, если бы он взял леденец на палочки, завел моторчик своего пропеллера и принялся вприпрыжку скакать вокруг каруселей.
– Ты… – он слегка покраснел и нахмурился, спрятав взгляд, – извини.
– За что? – Ну да, я не дура, уже поняла, но притворимся, будто моя несостоявшаяся смерть не имела для меня никакого значения.
– Я не… – Ник пытался объясниться, но чем больше он пытался, тем меньше у него получалось.
Ораторское искусство явно не его, пошел ряд несуразных звуков, больше походивших на страдания рожающего гиппопотама.
– Ник, – я толкнула его кулаком в плечо, чтобы немножко отвлечь, он не связал этот жест с поддержкой, потому выглядел несколько обескураженным. – Ты меня спас. Ты очень крут. Серьезно.
Ник осмелился поднять глаза и груз вины буквально придавливал его к полу.
– Но… – попытался снова объяснить свое чувство вины он.
– Без «но».
Ник вздохнул, намекая что мои заверения его ничуть не успокоили, хотел было еще что-нибудь мне сказать, но я решила, что на этом уже хватит.
– Как думаешь, в чем там дело с этим порталом? – Быстро перевела тему я.
Ник хотел все-таки сказать то, что собирался, но потом передумал и задумался на пару мгновений, готовясь морально к другой теме разговора. Я действительно ни в чем не винила Ника, и он проявил себя с лучшей стороны. Когда мы столкнулись с Тенями, равных Нику в борьбе с ними не было. Другое дело местная магия: ахаляй-махаляй и мы трупы. Обидно, но жизненно. Хорошо хоть ее не было и на том спасибо.
– Я думаю, возможно, это как-то связано с нами, – заговорил, наконец, Ник, – мы же Световые, так ведь? Мы используем Свет. Что, если кто-то также может использовать Тени?
Да, это именно то, о чем я думала, то, чего я боялась.
– Но ведь раньше такого не было, – справедливо заметила я.
И это было чистой правдой. Теневики всегда являлись абсолютным сплошным порождением Тьмы. Бестелесные мрачные Тени, способные поглощать весь Свет, забирая чужие жизни, уничтожая раз и навсегда все хорошее в любом из миров. Но что, если за ними стояли люди? Может быть, кто-то еще.
Теневые.
Я сделала глубокий вздох. Световые сражались с Тенями, защищая людей в разных мирах, но о том, откуда эти Тени происходят и какие цели преследует, никто так и не узнал. Во-первых, Теневики не очень-то разговорчивы, рычат себе в теньках и пытаются кого-нибудь убить.
И, во-вторых, за все то время, сколько Ходящие ходили в другие миры и сражались с Теневиками, не было раньше такого прецедента, чтобы кто-то из людей, или магов, или других иномирцов взялся управлять Тенями. Кто бы нам рассказал? Теневая бабушка? Но это ладно, то было раньше.
А теперь…
Шум в коридоре нас отвлек. Ник сразу же напрягся и закрыл меня своим телом, как будто в комнату ворвалась орава Теней. Дав понять мне, чтобы я не высовывалась, он двинулся к дверному проему.
Шумели снаружи достаточно, чтобы предположить: шпионов из тех, кто к нам пришел не сделаешь. Зато Ник проявлял мастерство ниндзя, крадучись приближаясь к двери. Выглянул так, что обогнал скорость Света, а потом вдруг спокойно расконспирировался и вышел из гостиной.
– Ник! – Воскликнул Стас, я облегченно выдохнула и тоже двинулась на знакомый голос. Ник меня подождал. – Где Кира? Что случилось?
В гостиной появилась наша команда и когда Стас увидел меня, он заметно расслабился. Похоже, действительно думал, что я где-нибудь откинулась. Нужно было замять тему, но Ник, оказывается, еще и честностью грешит.