- Поговорим?
Он молчит.
- Ты глухой что ли?
Снова молчит. Ещё и отвернулся, маленький ребёнок. Поблизости лежала бумага А4. В голове возникла безумная, но в то же время интересная мысль. Взяла один листочек и скомкала его в шар, затем прицелилась и попала прямо по голове. Он повернулся.
- Послушай, не нужно делать вид, что не знакомы. Вчера всё вышло на эмоциях. Знаю, нужно было обдумать, потом поговорить. Хотя, мы друг другу никто. И ты наверняка не хочешь общаться, только в этой ситуации должна обижаться я. Ты затеял игру, надоело, видимо, жить скучно. Мне не в первой терпеть унижения, оскорбления и всякие игры. Но хочу сказать...Осознаю свой поступок и приношу свои извинения. Эмоции порой не оставляют выбора и поступки кажутся безумными. Это не значит, что ты в моих глазах ничтожество. Если поиграть с людьми, то получишь, явно, не благодарность. Но все достойны второго шанса. Несдержанность эмоций - моё второе имя. Правда, прости меня, не хотела тебя тогда оставить в парке или как - то задеть на том вечере - договорив последние слова, посмотрела на него.
Рома не выражал эмоций, сидел, как статуя. Дали звонок на вторую пару, но никто из нас не торопился идти на неё. Нам важно прояснить все недоговоренности здесь и сейчас.
- Не молчи, скажи уже что - нибудь.
- Спасибо, - сухо промямлил он - что осмелилась на разговор и нагло затащила в уборную.
- Других вариантов не было, ты молчишь и не хочешь разговаривать.
Наконец - то на его лице вылезла маленькая, но хотя бы искренняя улыбка. Черты лица выражали лёгкое смущение и благодарность. Видимо вчера на эмоциях была не только я, но и он. Виталий хотел проводить меня, однако, взамен получил отказ.
- Значит мир?
- Конечно, мир, иначе не может быть после разговора.
Рома протянул мне мизинец в знак того, чтобы мы помирились. Этот жест означает окончание нашей обиды. Нельзя вечно обижаться друг на друга, нужно уметь уступать.
- И, да, прости меня, Варя, как маленький ребенок устроил эту войнушку. Не хотел тебя обидеть или ещё что - то в этом роде.
- Извинения принимаются.
Из уборной мы вышли спокойные и довольные, каждый из нас отправился на свой предмет. Всё равно на сердце не было покоя, будто что - то должно произойти. А если болит сердце, то произойдёт плохое. Предчувствие никогда ещё не обманывало, но никто не отменял того, чтобы верить в лучшее. Не стоит надеяться, ведь надежда умирает последней. А вот вера с нами до конца.
Часть 8. Роман.
5 часов вечера.
Комната озарена небольшим светом уходящего солнца. Цветы прощаются с теплом солнечного света. Часы медленно идут, тянутся минуты. Ожидание - это вечность. Белые стены моей комнаты временами напоминают тюрьму из которой мне не выбраться. На моих руках оковы, от которых нельзя избавиться. Виталик должен придти. Человек, который мне был, как брат. Он должен объяснить. Варя немного обрадовала своим поступком, хотя на самом деле извинения должны быть с моей стороны. Она и в правду маленький боец. В дверь постучались и знакомый голос раздался:
- Это Виталик.
- Заходи.
- Чего звал?
Он плюхнулся на диван, на против меня. Руки положил на спинку дивана. Одну ногу закинул на колено. Его вид был слишком борзым.
- Что ты сказал Варе в парке?
- Только правду и не более - со спокойным тоном ответил Виталий.
- В чём заключалась эта правда?
- Хотел открыть глаза девочки на тебя.
- Удалось?
- Ты сам всё видел.
- Почему? Почему ты решил так поступить? Я вышел из игры, причинять боль слабым - это ужасная вещь.
- По началу таких мыслей от тебя не было. С моей стороны не было игры, девчонка действительно оказалась хорошей и с добрым сердцем, потому и рассказал о твоих намерениях и играх.
Что?
В моей голове начала твориться неразбериха. Сначала одно, теперь другое. Глаза застилались пеленой, но не слёз... это ярость. Всё, что творится в нашей дружбе, остаётся в её рамках. Но если один перейдёт рамки, то это не дружба. Это продажа своих. Не собираюсь срываться на эмоциях, потому что уважаю этого человека. Всё, что смог выдавить из себя, так это:
- Молодец, обезопасил.
- Только, понимаешь, понравилась она мне. Сразу, с первого взгляда, сердце при виде неё останавливается. Наблюдаю за ней постоянно, радости нет предела. Такая удивительная и смелая, особенно в той сцене с тобой.
- Рад за тебя - сухо ответил Виталику и отвернулся в сторону, пытаясь разглядеть в картине что - то удивительное, но ничего не находил.