Этот образец самоотверженности и героизма надменно посмотрел на меня, и уселся в потертое кресло. Устало облокотился на спинку, и прикрыл глаза...
- Не зазнавайся! - Пнула ногой давно изживший себя предмет интерьера, и нависла над Светом, сверля его взглядом. - Ты так о той шлюшке с бара можешь говорить! Но не обо мне!
Развернулась, показательно громко фыркнув, и направилась к кровати.
- Тоби, милый, пошли вздремнем. Что-то я вымоталась за сегодня...
Бесенок поплелся за мной, предвкушая несколько часов беззаботного сна... И я, если честно, очень хотела подремать. Зевнула и потянулась... Какое интересное ощущение.
- А куда это ты намылилась?! - Процедил приятель по несчастью, не удосужившись даже с места подняться. - Обрати внимание, вокруг - чистота и порядок!
Огляделась... Ну, до привычного евро далеко, но, явно лучше, чем было...
- А с тебя, дорогая Тьма - ужин!
В недоумении на него уставилась, собственным ушам не веря.
- И где я его, по твоему, возьму? Не думаю, что в этой местности есть доставки!
Он хихикнул про себя, издевательски подмигнув.
- Здесь сосед заходил. Я ему наколол дров по просьбе - а он дал нам пару курей. Живых курей. Они в сарае, если что. Вот, с них ужин и состряпай! - Округлила глаза, приоткрыв рот.
- И что ты предлагаешь мне с живой курицей делать?!
- Ну, предполагаю, тушить... До мягкости. Но, прежде - заняться подготовкой. А я, пожалуй, вздремну часок... Спасать беспомощных барышень, знаешь ли, очень утомительное дело...
Свет
Я улёгся на кровать, предоставив ее самой себе. Надеюсь, она с лёгкостью справится с приготовлением пищи. Не учёл я только одного: что курицу изначально нужно изловить, потом убить, а потом ещё и ощипать. Раздавшаяся во дворе ругань и сквернословие заставило меня подняться с кровати. Дойдя до крыльца, и не обнаружив на месте своих ботинок, осмотрелся в поисках какой-нибудь обуви, но ничего не найдя, кроме ее туфель на высоких шпильках, направился босиком к сараю. Едва открыл дверь, как на меня с диким кудахтаньем налетели две курицы, а за ними со всклоченными волосами и перьями во рту выбежала обезумевшая Тьма.
Не заметив порог, она с громким шлепком свалилась мне под ноги. Ее ноги выскочили из моих ботинок, а она так и осталась лежать на траве. Следом за ней выскочил её подручный, явно пытавшийся помочь хозяйке. Увидев ее лежавшей на траве без движения, он перепугался. Я нагнулся, чтобы помочь ей встать, но она оттолкнула меня и с воплями побежала снова отлавливать бедную курицу.
- Не уйдёшь! – кричала она, бегая босиком по траве. – Стой, тупая курица! – птица пряталась, старалась как можно быстрее удрать от своей непутёвой убийцы.
Я присел на пенёк, любуясь прекрасным зрелищем. Вместо того, чтобы действовать как можно осторожней и тише, Тьма выкрикивала угрозы в адрес кур. Рыская глазами, чтобы отыскать оружие и кинуть в беззащитную курицу, ее взгляд натолкнулся на меня. Я подумал, что она готова схватить моё тело вместе с пеньком и выбросить куда подальше. Резкими прыжками Тьма добралась до сарая и, пробежав мимо меня, схватила мои ботинки. Кинув одним из них в ближайшую курицу попала им прямо в голову и с радостным воплем побежала добивать.
Я ошалело смотрел на эти зверства, где Тьма моим ботинком пыталась перерубить шею курице. Птица продолжала кудахтать и хлопать крыльями. Когда ей удалось отделить голову от тела она с вскриком радости подбежала ко мне с отрубленной куриной головой, потрясая ею перед моим лицом.
- Вот! Видишь, думал не сумею!? Это ещё что! Сейчас ощипаю, такой обед забабахаю, пыльцы проглотишь. – Хвастливо пропела она, бросив голову к моим ногам. – Сейчас второй по кукушке настучу и дело в шляпе. – Даже рыжий мальчуган немного оторопел от этой картины. Мне показалось, он даже немного покачал головой. Возможно, она, вообще, потихоньку сходит с ума. Тьма никогда ничего подобного не делала.
Посматривая, как она носилась по двору в моей рубашке, пытаясь поймать оставшуюся курицу, я даже хотел пожалеть ее и помочь в этом нелёгком деле. Но она снова удивила: с разбегу бросилась всем телом на беззащитную курицу, прижала ее к земле с криками: