Эльфия грустно смотрела, не понимая моих перемен, но ни слова не сказала.
— То есть, это все? Теперь, мы больше не друзья?
Слова Эрика разрывали моё сердце на части. Оно готово было выпрыгнуть из груди и расколоться на тысячи осколков. Но ведь так и бывает, когда жертвуешь чем-то дорогим ради спокойствия.
— Эш, — заговорила Эльфия, поникшим голоском, каким она не говорила при мне никогда. — Ты можешь вернуться с нами. Брось их. Поехали домой.
Я хочу уберечь моих бывших друзей от нынешних, и наоборот. Желаю спасти каждого из них от войны. И моя уверенность не колебалась, пока дверь в машине не открылась и наружу не вышел Кларк.
— Нет, — тяжело выдохнула я едва слышно, опустив лицо, по которым уже текли слезы потери.
Я вынуждена была выбрать сторону. И этот выбор стал самым сложным в моей жизни.
— Зачем он вышел?
— Эшли, — продолжила Эльфия. Она схватила меня за плечи, приняв мои слёзы за сомнение.
Но дело было в Кайле. Я не могла видя его, отказаться от нас. Я до сих пор люблю его. Но больше не влюблена. Я разочаровалась в себе и в нем. Мы пережиток прошлого. Ни он, ни я не созданы для отношений. Или, не друг с другом. Нам пора двигаться дальше.
— Поехали с нами. Охотники не те люди, какими ты их считаешь. Они жестокие убийцы. Им нет дела до невинных. ― И это говорила та, кто не жил с ними ни одного дня?
Меня возмутили её необоснованные слова. Кайдэн не такой, Ральф не такой. И я не такая. Она не права, считая их одинаковыми. Эльфия даже не знает этих людей.
— Не дави на неё, — мы обе услышали голос Кайла. А подняв на него глаза, заметила, как он сверлит хмурым взглядом Кайдэна. Тот тоже, теперь смотрел только на Кайла.
— У неё появилась новая семья. И новый парень.
Нет. Он был не прав насчёт нас с Дином. Но я не стала разубеждать его. Пусть считает, что я предала свои чувства, изменилась так скоро. Мне намного легче перевернуть эту страницу, если в ней не останется надежды.
В академии я, всегда буду чужой. Охотницей. Недругом. А среди охотников, я своя. У меня наконец, появилась цель. И семья, которая поможет достигнуть ее.
ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ
ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ, ЧАСТИ ВТОРОЙ
Тому, кто хочет оставаться во тьме, свет причиняет боль
(© Экхарт Толле)
Я ухожу,
Тебе больно, и это моя вина.
Кто прав, кто виноват,
Какая теперь разница?
Прости, я всё запорол,
Этот болезненный разрыв,
Но таков я, и не могу измениться.
О-о-о, небеса побагровели,
Лучше убегай, лучше убегай,
А я умру, и всё закончится.
Меня больше нет,
Больше нет,
Больше нет.
О-о-о, небеса побагровели,
Я должен, должен всё исправить,
Если еще не поздно, не слишком поздно.
Я хочу извиниться
За всю боль, что я причинил.
Хочу извиниться
За ошибки, что я совершил.
Надеюсь, еще не слишком, не слишком поздно.
Потому что я не могу дышать, не могу дышать,
Не могу дышать,
Не могу дышать,
Не могу дышать,
Не могу дышать.
Кто прав, кто виноват,
Какая теперь разница?
Прости, я всё запорол,
Этот болезненный разрыв,
Но я не могу измениться.
О-о-о, небеса побагровели,
Я должен всё исправить,
Я умру, и всё закончится.
Меня больше нет,
Больше нет,
Больше нет.
Я хочу извиниться
За всю боль, что я причинил.
Хочу извиниться
За ошибки, что я совершил.
Надеюсь, еще не слишком, не слишком поздно,
Потому что я не могу дышать, не могу дышать,
Не могу дышать,
Не могу дышать,
Не могу дышать,
Не могу дышать.
(© Dead By April)
****
Прощание с любимыми далось нелегко. Что могла сказать им: «до встречи», «пока»? Как заставить себя произнести их, если заранее знаю, есть вероятность того, что этого не случится никогда. Даже при самых благоприятных обстоятельствах, не следует забывать в какую семью я попала и к каком уроду отношусь. Мои родственники чтят правила предков по сей день, а Фалкон с Морганой их наследие.