Вспоминается разговор между мной и Ральфи, состоявшийся пару дней назад. Он и поведал мне историю о том, какие муки испытывали те, кто шел против системы охотников. Какая мера наказаний ждет того, кто осмелится дружить с иными. Муки самого отступника это одно, самое страшное ждет существо, посмевшего осквернить охотника.
Возможно, когда-нибудь я испытаю любовь еще раз. Заведу новые знакомства, и я была слепа ранее, веря, что Кайл и его друзья единственная возможная для меня компания. Побыв среди своих, осознала, что нам лучше держать расстояние. Они неровня нам, как и мы им.
Кто-то решил бы, что я разлюбила его. Очутившись среди других, нашла ему замену, но это не совсем так. Я просто научилась смотреть на жизнь взрослым взглядом. Ранее я была самым слабым звеном в нашей компании. Теперь же, в моих силах изменить это и стать, если не лучшей, то хотя бы не худшей. Чем, собственно, я и занимаюсь сейчас находясь здесь. Я нарабатываю очки, улучшая физическую подготовку.
Когда пришлось смотреть безразлично, когда говорила не те слова, что следовало сказать друзьям, самым сложным выбором было не смотреть в глаза Кайла, и не сметь подойти к нему. Не проронить ни слова в его адрес, а делать вид, будто его уже не существует.
Сам Кайл, специально не смотрел в мою сторону, словно знал, что таким образом причинит мне ответную боль. Оставаясь рядом с машиной, он поглядывал только в сторону Кайдэна.
— Ты не скажешь ему ничего? — изумленно спросила Эльфия, выглядя потрясённой от моего показного безразличия.
Откуда ей было знать, что сердце моё трещит по швам, кровь стынет от мысли, что это наша последняя встреча. Ей невдомек, что, любя можно отказаться. И сделано это не в целях причинить боль или насолить в ответ. У меня иные причины. Просто... я понимаю, что с такими родственниками как мои, ненавидящие само существование иных видов, у нас с Кайлом не будет будущего. Для этого, нам бы пришлось истребить всех охотников, лишить их средств к борьбе, втиснуть в мозги прибывающих, что дело проиграно заранее.
Но это не так. Охотники пополняют свои ряды чуть ли не каждую неделю.
Люди, желающие сделать хоть что-то ради возвращения планеты себе, приходят в штабы и становятся в очередь для записи в добровольцы. Они оставляют своё имущество главному штаба, отдавая в его распоряжение все финансы. Теперь, я знаю, откуда берутся средства на борьбу с нечистью, как выражаются самые люто ненавидящие. Успела понять, как они закупают материал для изготовления оружий...
Наше дело считается правым, но я буду жить среди своих, помогая существам как смогу. Хотя бы тем, что дам им убежать, если это будет в моих силах.
— Эшли, я не узнаю тебя. — Все больше изумляясь, заметил Эрик.
После прохождения двухнедельного обучения у моего брата, с одного взгляда я стала отличать вампиров от людей. Но это не касалось рождённых. Их трудно отличить, если сам рождённый не решит открыться вам.
Они тёплые, как люди, ходят, смеются, если контролируют свою скорость и силу. И признаться, я слаба в поединке с рождённым. Это урок я усвоила на всю жизнь.
Но говорят, есть силы пострашней таких вампиров как Эрик. Я, пока не выяснила, что это за силы, и к какому виду они относятся.
— Я знаю, Эрик. Я сама себя не узнаю. Но вынуждена стать такой, — отозвалась, рассеяно ведя пальцем по острию меча. Что даже случайно порезала палец.
— Ах.
— В чем причина, расскажи? — Заметив на моем пальце, выступившую капельку крови, Эрик изменился в лице.
И подумала, сейчас он предложит помощь, даст свою кровь. Но ничего такого не произошло.
Я взглянула в сторону Кайдэна, сама не зная, что ищу там, может моральную поддержку или выговор за плохое поведение. Открыла рот, сказать хоть что-то. Но слова не пошли.
Что я сказала бы? Хочу забыть вас и Кайла? Или, все-таки, поделилась бы своими страхами? Что стоит говорить в таких случаях, когда важней уберечь их, чем свое жалкое сердце?
Уже через секунды, ответ сам рождается в голове. Они больше никогда не должны искать со мной встреч. Ради их же безопасности, пусть каждый забудет о том, что когда-то знал меня.
Существа и охотники никогда не смогут сосуществовать на одной территории. А обычные граждане, всегда будут бояться тех, кто обладает силой больше, чем их. Планету придётся поделить на две части, если мы должны научиться сосуществовать. И не могут охотники или же сами существа, лезть на чужую территорию. Это стало бы выходом. Только жаль, что кто-то из верховных не додумался прийти к такому решению конфликта.