— Я зашла, да, но одна. Мне нужно было подумать, посидеть, ни с кем не встречалась.
— Ясно, я тоже только что пришла, так что поесть нечего.
— Ничего страшного, сейчас что-нибудь сообразим.
— Мам, ты знаешь, я заметила, что здесь, среди частных домов, совсем другие звуки.
— Да, дочуня, суеты городской здесь нет совсем, хотя все в город ездят, кто работает, кто детей возит на учебу, но все равно они уже не городские. Будто другие люди. Или они просто меняются, поселяясь рядом с природой.
— Сюда приятнее возвращаться после утомительных дел, чем в ту квартиру.
— Это ты верно подметила, дорогая! Какая ты у меня смышленая, уже взрослая совсем! — Марина обняла Олю и поцеловала в макушку, как часто делала в детстве.
— Слушай! А давай нажарим семечек, как делали тогда, у бабушки, помнишь?
— Да-да! Они были такие горячие со сковородки, а она их солью посыпала сразу, вкуснотища! Конечно, помню, давай! А потом мы шли гулять вечером по улицам рядом с домом, а иногда и просто вокруг него, смотрели на окна и придумывали, кто где живет. Например, в том окне — врач, он сейчас вернулся домой после важной операции, ему нужно отдохнуть. А в другом окне — учительница и так далее. Да, забавно было! А сейчас мы укутаемся в пледы и усядемся на террасе, будем спокойно любоваться на этот садик с кустами да на соседские дома и участки.
— Здорово! Мам, а где мы сейчас возьмем сырые семечки?
— Ты представляешь, я сегодня, пока тут рылась по шкафам и готовила завтрак, увидела на полке целый пакет! Я очень удивилась, если честно.
— Ой, ну здорово! Значит, Эрнест Петрович тоже любит сам жарить семечки? — засмеялась Оля.
— Наверное! — захохотала в ответ Марина.
В итоге вечер выдался чудесным. До террасы доносился запах легкого дымка, кто-то топил баню, кто-то готовил шашлык. Пахло вкусно, от чего семечки уплетались с еще большим аппетитом.
— Ой, мам, а как же коробки наши? Пойдем разбирать?
— Ай, да подождут коробки, давай еще посидим?
— С удовольствием!
Соседи стали зажигать ночное освещение, одна красота сменилась другой: вечерняя — ночной. И когда стала ощутимо прохладно, Марина и Оля переместились в дом.
— Мам, вот прошло уже несколько дней, как ты без Олега, а уже настолько стала спокойнее!
— Да, Оля, я тоже заметила за собой такое. Знаешь, интересно получается. Тот, кого я считала своим мужчиной, на кого возлагала большие надежды, тот меня ни во что не ставил, в итоге подставил, поступил очень холодно, жестоко. Он ведь украл коробку с мусором в антикварном магазине, думая, что там ценные вещи. То есть хотел мне максимально навредить.
— Хорошо, что мы переехали, какой-то неадекват этот Олег.
— Это точно, — вздохнула Марина, на этот раз она не могла не согласиться. — А тот, которого как раз считала никем в свое время, тот спас меня от этого самого Олега. Просто взял и спас.
— Он, наверное, хоть кому бы пришел на помощь в той ситуации, да?
— Да, ты права, он просто хороший человек. А я тешила себя надеждами, что это он именно меня спас. Наверняка он и не узнал меня сначала. Просто увидел, что женщине бандиты что-то навязывают, и вмешался.
— Молодец! Не каждый так может.
— Как же жаль, что я раньше в нем этого не разглядела.
— Мамуль, ну не переживай ты так! — Оля обняла маму.
— Доченька, какая ты у меня хорошая! Прости меня за мои наезды вечные! Спасибо тебе, что ты у меня есть! — Марина разрыдалась, прижав к себе дочку.
— Ну ладно тебе, мам! Не плачь! Обязательно найдется принц и для тебя! Ты же такая замечательная!
Марина заплакала пуще прежнего.
— Мам, ты правда очень хорошая, только почему-то жизнь к тебе несправедлива!
Тут Марина перестала плакать и посмотрела Оле в глаза.
— Спасибо, моя милая, но жизнь ко мне не несправедлива, она ко мне очень благосклонна! Смотри, она мне подарила такое сокровище — тебя! И помогла нам спастись, уехать тогда, вернуться домой. Да и теперь все наши проблемы решаются интересными способами. Наши ангелы помогают нам.
— Ого! А ведь ты права, — задумалась Оля.
Глава 3
Тайна в сундуке
Прошла неделя жизни Марины и Оли в частном доме. Она была насыщенная, ведь нужно было разбирать вещи, обустраиваться на новом месте, создавать уют. Сельский уклад нравился Марине, она стала чувствовать себя спокойнее, меньше стало навязчивых негативных мыслей, а больше приходило правильных. Она понимала, что это происходит потому, что она отключается от городских эгрегоров, в которых мысли толп людей переплетаются и давят друг на друга, травмируя психику. Ведь жили они в многоквартирном доме. А там то склоки соседей, то шум выпивох под окном. А здесь и соседи есть, но они на комфортном расстоянии. Прямо за стеной никого нет, ни слева, ни справа, ни снизу, ни сверху. Но они в доступности — вон, ходят по своим участкам, занимаются хозяйственными делами, все друг с другом здороваются, что-то передают, делятся ростками кустов и других культур, смеются, радуются.