- Ты зря порезал себе руку, – пожав плечами, ответил Экган. – Повторяй за мной:
“Песок, огонь, вода и камень,
Силы живых и мёртвых длань.
Войду на свет, чтобы разжечь в тени свой пламень,
И тем, кто первым был, отдать положенную дань”.
Повторив странные слова, Лайт не отрываясь уставился на свою руку. Когда последнее слово слетело с губ помощника повара, предплечье внезапно скрутила судорога, а кровь, что успела вытечь из раны, забурлила, словно в котле. Она бурлила и слегка обжигала кожу, и при этом под действием какой-то невидимой силы растекалась по всему предплечью, тем самым завершая контур рисунка. За время всей этой чертовщины ни одна капля не упала на пол: кровь, словно живая, обвила нужную ей часть и продолжила кипеть, не смея выступить за границы дозволенного.
Рука перестала гореть также внезапно, как и начала, а на месте кипящей крови появилась вторая часть дракона. Теперь грозный дракон в полном своём величии восседал на руке Лайта. Ко всему прочему, рисунок обрёл более насыщенный и яркий цвет, став тёмно-тёмно-синим. Помимо того, что дракон был детализирован до мелочей – одна только устрашающая морда чего стоила – он получился полуальбиносом. Вперемешку с тёмной чешуёй, проскальзывала чисто-белая, будто её забыли закрасить, а огромные рога, что располагались на голове огнедышащего змея, были разные. Левый – полностью чёрный, правый – полностью белый.
- Какой… жутко красивый, – только и выдавил из себя Лайт, пребывая в шоке от случившегося.
- Вот те раз, – протянул Экган, осматривая законченную печать.
Кожа на месте рисунка всё ещё оставалась чувствительной, и Лайт невольно морщился от прикосновений. Маг крутил руку парня в разные стороны, пытаясь увидеть какую-то деталь, известную только ему, но судя по мрачному лицу, это у него не получалось.
- Итак, что мы имеем по итогу, – наконец заговорил Экган, покончив с осмотром. – В тебе и вправду есть сила аспекта. В противном случае печать бы осталась незавершённой. Но к какому аспекту относится эта печать, я не знаю.
- А что, их так много? – спросил Лайт наконец, оторвавшись от созерцания рисунка.
- Вообще, когда в этом мире появились великие учителя, они же изначальные, в мире было десять аспектов. Но до нашего времени дошло семь. Три считаются полностью вымершим и забытыми, и ещё три на грани исчезновения.
- Ты хочешь сказать, что у меня на руке…
- Не исключено, – перебил его Экган, после чего встал и отошёл к окну.
Оказавшись у окна, маг ловким движением извлёк из внутреннего кармана свою трубку, а после – щепотку сушёной травы. Забив её в трубку, Экган щёлкнул пальцами, на которых загорелся крошечный огонёк, не причиняющий вреда хозяину. Подпалив траву, Экган пару раз хорошо затянулся, после чего наконец повернулся к своему собеседнику, который невольно приоткрыл рот от такого фокуса.
- Свет, тень и смерть. Три аспекта, потерянные для людей. Знания об этих аспектах почти все утеряны, и магов, которые ими бы владели, не осталось. Именно поэтому я не особо помню имена изначальных, что принесли их в наш мир, и их облики, – маг выпустил облачко дыма в окно. – Вальтрум, случайно или намеренно, создал печать так, что она изображает форму изначального того аспекта, к которому человек принадлежит. Я, как уже говорил, маг аспекта огня, Сельмерин – феникс золотого пламени, был изначальным этого аспекта. У Ульры, которая помогла тебе, хозяин рощи Войдерак – олень с золотыми рогами, изначальный природы.
- На моей руке чёрный дракон. Хотя не совсем, есть места, где он белый, – Лайт внимательно посмотрел на свой знак и внезапно подскочил. – У великого рынка есть врата, посвящённые одному из изначальных. Дракону песка Эруфну вроде.
- Эрифину, – поправил его Экган, выпуская очередную порцию дыма. – Да, такой изначальный действительно был. Дракон бури Эрифин, изначальный песка. Я знаю, как выглядит его знак. Пусть магов этого аспекта и осталось мало, но я видел, как выглядит печать с его знаком. Это не она.
- Если это не он, – Лайт пожал плечами, – то мои догадки на этом кончаются. Я знаю об этом мире только по рассказам постояльцев и моих коллег. А уж о магии я вообще только сейчас узнал.
- А хотел бы ты больше узнать о магии и о мире в целом? – непринуждённым тоном спросил Экган, затягиваясь трубкой.
- В каком смысле? – непонимающе переспросил Лайт.
- Как я уже говорил, я вербовщик Башни стихий, места, где обучают всех, кто так или иначе связан с аспектами, – Экган хитро подмигнул. – Смекаешь, к чему веду?
- Ты предлагаешь мне… пойти с тобой? – не своим голосом произнёс Лайт.