Экган же вместо того, чтобы идти к выходу из этого прогнившего квартала, повёл свою группу к зданию, что располагалось в десяти шагах от ворот – двухэтажному, выкрашенному в кровавый цвет. Окна его были занавешены, но из трубы клубился густой дым, что говорило о наличии хозяев в доме. Экган оставил всех в паре метров от массивной деревянной двери, а сам уверенным шагом направился к ней и громко постучал. Через некоторое время послышался звук проворачивающегося ключа, а когда лязг стих, и дверь открылась, Лайт, который смотрел на уровне головы Экгана, никого не увидел.
- Чтоб у меня пиво прокисло, – раздался громкий и весёлый голос, – Экган-уголёк, собственной персоной!
Лайт не сразу сообразил, откуда звучит этот голос. Поначалу он подумал, что хозяин дома остался внутри, потому его и не видно, но опустив глаза чуть ниже, слегка опешил. На пороге стояла мужчина, вот только ростом он доставал Экгану чуть выше пояса. Одет он был прилично: светло-красная шерстяная жилетка, под ней находилась чуть испачканная в саже тёмно-синяя рубаха, верх которой открывал мощную шею и волосатую грудь. На ногах – чёрные бриджи. Лайт не разобрал, из какой ткани. И домашние шлепки. Полумуж имел пышную чёрную бороду, свисавшую ему на грудь, а голова была совершенно гладкой, как бильярдный шар. В зубах хозяин дома держал дымящуюся трубку.
“Это точно не ребёнок и не карлик, слишком уж он крепко сложен, – думал про себя Лайт, глядя на хозяина дома. – Если уж я работал с эльфийкой и ящером, то почему бы здесь не быть гному, ну или полурослику. Но этот мужчина явно не из человеческой расы”.
- И тебе привет, Ровни, – Экган крепко пожал протянутую руку, – как идут дела?
- Великолепно! – Ровни затянулся и выпустил дым через нос. – Нашёл нового заводчика, он привозит мне скакунов из-за моря, с Барста, а тот славится своими лошадьми. От клиентов теперь отбоя нет.
- Я рад за тебя, старый друг, – Экган кивнул в сторону спутников, – а для нашей компании что-нибудь найдёшь?
Ровни мельком оглядел всех присутствующих, дольше всех он задержал взгляды на Ульре и на Лайте, после чего, ковыляя, подошёл в начале к девушке, но после жёсткого отказа от объятий двинулся к Лайту.
- Староват ты для ученика, – Ровни сощурил глаза. – Позднего развития?
- Вроде того, – уклончиво ответил Лайт.
- Ну, и такое бывает, – сказав это, гном вновь повернулся к Экгану. – Для вас, друзья, у меня всегда найдётся, на чём уехать. Идите за мной.
Сказав это, он пошёл в обход своего дома, не забывая при этом потягивать трубку. К удивлению Лайта, на заднем дворе не было шикарного сада или беседки, зато там расположились двухметровые деревянные ворота, запертые на амбарный замок, который висел внизу, для удобства хозяина. Стоило его отпереть и распахнуть пошире створки, взору путников открылось обширное круглое пространство, покрытое смесью песка и сена, а по периметру этого круга располагались пятнадцать стойл, из которых раздавалось ржание коней.
- Ну, господа и дама, – Ровни стал в центр и затянулся, – пожелания есть – порода, цвет, пол?
- Главное, чтоб довезла, – ответил за всех Экган. – И чтоб цена не кусалась.
- Для вас лучшие цены и скакуны, – невозмутимо ответил гном и побрёл к ближайшим стойлам.
Пока Ровни отсутствовал, Лайт осматривался вокруг. Пространство, которое гном отвёл под конюшню, было огромным. Пятнадцать стойл, площадка для объезда и показа, да ещё и сам дом, где жил хозяин – довольно большой. Владения Ровни были, наверное, даже больше “Горького счастья”. Судя по тому, как выглядели конюшни, да и дом в целом, Ровни не жалел средств, чтобы держать всё в чистоте и порядке. Это говорило о том, что кони для гнома не просто товар, а живые существа, о которых он должен заботиться, пока не найдёт покупателя. Это, несомненно, добавляло ему очков.
Спустя несколько минут Ровни стал по одному выводить своих подопечных на центральную площадку. Первым оказался крепкий конь темно-серой масти, с короткой гривой и тёмными глазами. Вторым вышел рыжевато-бурый, он был чуть выше своего собрата, более жилист, и имел более длинную гриву. Третьим и четвёртым вышли два почти одинаковых коня, можно даже сказать брата-близнеца. Оба имели серо-чёрный окрас, были крупнее двух предыдущих, и по их мордам было видно, что такие, как они, не испугаются ни волка, ни огня. Пятым был самый маленький среди всех выставленных. Он имел голубоватый окрас шерсти, худощавое телосложение и глаза цвета чистой лазури. Последним из стойла гном вывел коня с чёрной шерстью, которая на солнце отливала лёгким багрянцем. Конь, помимо красивой шерсти, имел мощное тело, крепкие ноги, ухоженную гриву в тон к телу, и выразительные глаза цвета зари. Среди всех собравшихся именно он приковывал к себе внимание.