- Зачем они ей? – спросил у Экгана Лайт, пока девушка раскладывала семена в песке.
- Сейчас увидишь, – с улыбкой ответил вербовщик.
Когда Ульра закончила посев, она отошла от своего “огорода” на несколько шагов и начала что-то шептать себе под нос. Спустя минуту её руки осветились изумрудным светом. Когда свет набрал силу и стабилизировался, девушка стала поочерёдно направлять раскрытую ладонь на те места, куда недавно опустила семечки. Поначалу было непонятно, что именно она делает, но спустя пару секунд Лайт невольно ахнул. Из, казалось бы, безжизненного песка, где нет воды и почвы, стали пробиваться маленькие ростки. С каждым ударом сердца они становились всё выше и толще, и начинали формировать что-то невообразимое. Пять семечек разрослись в ширину и ввысь, и стали напоминать маленькие домики. Одно, что было в центре, сформировало круг, из которого выпустило с десяток веток, которые выросли по пояс человеку и образовали что-то, похожее на шалаш. Шестое, что было дальше всех, разрослось в длину, утолстилось, и вторым концом опустилось в землю.
- Поразительно, – на выдохе произнёс Лайт. – Это и есть аспект природы?
- Малая часть, на что он способен, – проговорил Экган с ухмылкой.
Подойдя к шалашу из веток, маг огня опустил к нему руку, и сухие ветки почти сразу занялись жарким огнём.
- Варвар, – только и проговорила Ульра, подводя своего Мохия к жерди, которая служила коновязью.
- Зато теперь можно отдохнуть, – ответил Экган, убирая с руки огонь. – Подождём рассвета и двинемся дальше, – затем он повернулся к своему отряду. – Благодаря нашему магу природы, каждому теперь есть кров и тепло, пища у вас с собой. Можете перекусить – и на боковую. Вставать завтра рано.
Спустя десять минут все пять человек сидели у жаркого костра, в то время как их новые четвероногие друзья отдыхали у коновязи. Когда все приступили к позднему ужину, Лайт тоже решил заглянуть в свой вещмешок с едой, который собрали для него друзья.
“Как они там, интересно? – подумал Лайт, развязывая верёвку. – Не думаю, что они спят, скорее уж, опять собрались за столом и пьют, желая мне удачной дороги”.
Фрукты, овощи, немного сладостей. Всё это подходило для лёгкого перекуса, но не для ужина. Немного пошарив в сумке, на самом дне Лайт нашёл несколько свёртков – больших, плотных и ещё даже тёплых. Развернув первый попавшийся, Лайт обнаружил пять круглых пирожков, и судя по плотности, с очень богатой начинкой. Первый же укус – и мозг Лайта окутало то самое блаженство, которое он испытывал от стряпни Джубы. Мясо с картошкой и овощами: казалось бы, такое простое блюдо, на даже его умелые лапы ящера превратили во что-то необыкновенное.
Костёр ровно пылал на небольшом ветерке, а Экган мирно потягивал трубку и смотрел на беззвёздное небо. Даже кровавый диск, который должен был уже выйти, не показывался из-за туч. Кирви и Биги, насадив на палочки, любезно наколдованные Ульрой, небольшие кусочки мяса, ждали, когда они приготовятся, а сами тихо делились впечатлениями о сегодняшнем дне друг с другом. Лайт же, чтобы хоть немного размяться после долгой поездки и плотного ужина, вызвался накормить лошадей.
К костру он вернулся лишь через десять минут. Иномирец не только не знал, как ездить, но и не знал, как правильно вешать торбы с овсом, поэтому, казалось бы, простое задание превратилась в задачу со звёздочкой. В конце концов, Лайт смог разобраться и с этим. Когда он подошёл к костру, возле огня сидел только Экган, держа в руке фляжку и глядя в огонь. Лайт ещё не хотел спать, поэтому просто сел рядом с вербовщиком и тоже стал смотреть, как огонь пожирает то, что ещё полчаса назад было обычным семечком.
- Ты знаешь, – прервал молчание Экган, – что наша встреча – не что иное, как судьба?
- В каком смысле? – непонимающе спросил Лайт.
- Когда из башни в Иствит прибыл гонец, нас там уже не должно было быть, – ответил Экган, отпив из фляги. – Мы должны были уйти из города за день до этого, но наша повозка задержалась из-за каких-то проблем с грузом. Уехали бы мы раньше, ты бы так и остался работать в трактире ещё на несколько недель.
- Удача явно на моей стороне, – усмехнулся Лайт.
Огонь медленно, но верно становился меньше. Тот красивый шалашик, который возвела Ульра, осыпался, оставляя лишь небольшие куски веток и красные угли.
- Скажи мне, Лайт, – Экган сделал очередной глоток, – ты хочешь вернуться в свой мир?
Лайт уже было хотел ответить твёрдое да, но не смог: губы шевельнулись, а язык онемел. Лайт смотрел в огонь и пытался понять, чего он хочет, что у него на душе, и зачем он здесь. Экган, так и не получив ответа, больше не спрашивал, он сидел рядом и тоже смотрел в огонь. Сам он выглядел расслабленным, но по глазам было видно, что он о чем-то крепко думает. Сделав ещё пару хороших глотков, он убрал флягу в сумку, а после, пожелав Лайту спокойной ночи, отправился в палатку. Лайт же, дождавшись, когда последние ветки упадут в уголь, отправился вслед за магом. Ответ на вопрос Экгана он так и не смог дать ни ему, ни себе самому.