- Простите меня, – подал Лайт охрипший голос, когда немного оклемался. – Я не думал, что так получится.
- То, что ты не думал, мы уже поняли, – Чури развернулся к трём своим подопечным. – Да опустите вы оружие, идиоты. Это из Башни люди.
Подопечные Чури, совсем молодые парни, ещё некоторое время переглядывались, но все же выполнили приказ и убрали мечи в ножны.
- Ты мне вот скажи, – Экган слез с коня и подошёл к Лайту, – тебя тормозить не учили? Ты ведь сам убиться мог, людей покалечить.
- Прости, я немного заигрался, – Лайт усмехнулся сквозь боль. – Воздух тут такой хороший, что аж дурманит.
Экган закатил глаза, покачал головой и бросил ругательство под нос, а Чури, стоявший чуть впереди, зло сплюнул.
Пока Лайт приходил в себя после неудачных акробатических номеров, подъехали остальные. Лайта радовало одно: они были далеко и не видели, что он здесь учудил, а то от колкостей Ульры он бы уже не отделался. Пока все спешивались и пытались узнать, почему Экган такой недовольный, и откуда у Лайта свежая ссадина на щеке, стражники открыли ворота.
За трёхметровым частоколом находилась самая обычная деревенька с самыми обыкновенными бревенчатыми домиками, стоявшими по обе стороны от главной и единственной дороги. Если забыть, где они находились, Лайт мог подумать, что это простая деревушка из его мира. Мимо ходили люди, одетые по-простому: в рубахи, холщовые или шерстяные штаны, и грязные, растоптанные до невозможности сапоги. Под ногами бегали босоногие ребятишки, где-то в стороне лаяла собака, из ближайшего дома разносился вкусный запах свежей выпечки. Деревня жила своей жизнью. Все, кто проходил мимо, кидали на путников лишь мимолётный взгляд, словно видели такую компанию каждый день, и дальше отправлялись по своим делам. Лишь ребятишки, выглядывая кто из-за угла, кто из-за забора, с интересом рассматривали коней путников. До людей им дела не было.
Маги не стали задерживаться тут надолго, остановились лишь раз, возле одного из домишек, выглядевшего чуть богаче других. Экган пошёл туда один, оставив остальных дожидаться его на улице. Вышел он через пять минут, явно чем-то недовольный, но говорить ничего не стал, лишь отдал приказ следовать за ним. На другой стороне селения, которое оказалось довольно длинным, тоже были ворота, возле которых лениво прохаживались два стражника, не отличавшиеся снаряжением от предыдущих. Увидев путников, они без лишних слов открыли им ворота, выйдя за которые, Лайт потерял дар речи и совершенно забыл о боли, оставшейся после падения.
Километрах в пяти на небольшой возвышенности стоял замок, окружённый стенами-великанами, на углах и середине которых ощетинились шипастые башни. Рассмотреть с такого расстояния его Лайту было трудновато, хотя очень бы хотелось, но их путь, как он думал, лежал явно в другое место. Этот замок на башню был мало похож.
“Ошибся, как хорошо, что я ошибся”, – ликовал Лайт, когда они направились именно к замку.
Как оказалась, из деревни была всего лишь одна дорога, и вела она прямиком в этот замок, мимо очередных полей, через большую цветочную полянку, всю покрытую небольшими холмиками. Группа шла прогулочным, но быстрым шагом, отчего каждая неровность, через которую проходил Везувий, вызывала в спине жгучую боль, при этом Экган скакал рядом с Лайтом – видимо, следил, чтобы вновь не натворил глупостей. С каждым пройдённым километром сердце Лайта ускоряло бег от завораживающего вида замка и его окружения.
Как Лайт ещё раньше заметил, все поле перед замком было покрыто небольшими холмиками, заросшими красивыми цветами всех мыслимых и немыслимых цветов, и пахнувшими так сладко и резко, что голова шла кругом. Вдалеке, по правую руку, виднелось довольно крупное озеро, и судя по тому, как ярко оно бликовало на солнцах, вода была кристально чистой. За ним, примерно в пяти километрах, располагались холмы уже гораздо больше здешних, из-за чего увидеть, что за ними, было невозможно. По левую руку, на границе с цветочными холмами, на расстоянии примерно трёх километров, вновь начинался лес, но какой-то не такой. Деревья в нем располагались будто в шахматном порядке, словно их кто-то высаживал специально. При этом, они были абсолютно разные – словно из разных лесов. Там были и дубы, и сосны, но при этом между ними росли деревья ещё доброго десятка других видов, незнакомых иномирцу.
- По правую от нас руку озеро Кристалл, – начал пояснять Экган, когда увидел, как Лайт и двое его младших товарищей с восторженными лицами крутят головами. – От него небольшой змейкой идёт речка, из которой мы в итоге сделали ров, не без помощи магов воды и земли, конечно. Прямо за Кристаллом находятся два гигантских холма, мы их между собой называем великановы локти, собственно, из-за их размеров и формы. По левую руку, там, где начинается разношёрстный лес, проходит практика магов природы, оттого и деревьев там понатыкано столько разновидностей, что мы уже со счёту сбились. В шутку его иногда называют лесной плац. Да, чуть не забыл сказать, – он аккуратно наклонился вправо и сорвал красный цветок, – мы сейчас с вами движемся по цветочным холмам. Простенькое название, в отличие от предыдущих, но полностью отражающее всю здешнюю красоту.