Уже больше часа ходили мы под водой. И вот настало время торпедной атаки. Сатников, словно маг-волшебник, колдовал около перископа, вращая его то вправо, то влево, отдавая краткие, отрывистые приказания.
Мне хотелось посмотреть на Корнева, но сделать этого нельзя: отсеки задраены.
Командир решил стрелять залпом из двух торпед. После выстрела лодка пошла на погружение. Я обратил внимание, что стрелка глубомера проскочила цифру, которая в годы Отечественной войны считалась критической, и, не останавливаясь, передвигалась дальше. Над нами грохотали взрывы. Это «неприятель» бросал глубинные бомбы, и командир то и дело менял курс.
Когда акустик доложил, что наверху тихо, Сатников негромко сказал:
— Товарищ мичман, всплывайте потихоньку на перископную.
Матрос-электрик включил рубильник, и перископ поднялся. Командир прильнул к окуляру, внимательно осмотрел горизонт и, убедившись, что все спокойно, дал звонки к всплытию. Он первым вышел на мостик. Сверху по переговорной трубе отчетливо слышна его команда. Лодка, раскачиваясь на волнах, совершала какой-то сложный маневр и шла не носом, а кормой. Мне даже показалось, будто правый борт коснулся чего-то твердого: не то железа, не то камня. Последовал приказ: «Стоп машины».
Поднявшись на мостик, я был изумлен: над рубкой свисала огромная серая скала, прикрывая нас, словно шатром; корма ушла в темный тоннель, а нос прижался к берегу, обросшему карликовыми березками. «Отважный капитан Немо со своим „Наутилусом“, по всей вероятности, прекрасно чувствовал бы себя в этом величественном гроте», — подумал я и сказал об этом командиру.
Сатников улыбнулся:
— Этот ангар сама природа создала. Сейчас он нам верную службу сослужит. «Противник», потеряв от наших торпед миноносец, несомненно вызвал авиацию. Но разве летчики догадаются, что мы влезли в эту пещеру? А если догадаются, тоже не страшно, мы можем прямо на месте погрузиться и уйти куда хотим. Под килем — тридцатиметровая глубина.
Командир разрешил матросам, соблюдая очередность, покурить и подышать свежим воздухом. Веселые, озорные, подтрунивая друг над другом, на мостик стали выходить трюмные, электрики, рулевые.
Грот всем понравился. Появился Александр Корнев, потопивший «вражеский» миноносец.
— О! Подземное царство! — воскликнул Федор Чуркин. — Сюда, видно, сам Нептун ходит на свидания к морской царевне. Хорош бережок, только зелени нет. А денек-то совсем не полярный.
Погода разгулялась. Солнечные лучи играли на пенистых холодных волнах, серых скалах, с вершин которых уже успел стаять недавно выпавший снег.
Корнев вдруг воскликнул:
— Знакомые места! Смотрите, товарищи, наверх.
Мы подняли головы. На потолке грота отчетливо было выведено белилами: «Смерть фашистам! Да здравствует непобедимый советский народ!»
— Уж не тут ли, Александр Иванович, вы богу душу чуть было не отдали? — попытался сострить Чуркин.
Но Корнев не ответил. Он стоял, глубоко затягиваясь дымом папиросы и, видимо, вспоминал что-то давно минувшее.
— Близ этих скал мы и завершили войну. — Корнев потушил папиросу, улыбнулся. — Здорово мы тогда поработали. Наша армия добивала гитлеровцев в Норвегии, и они драпали оттуда без оглядки. Горячее было время… Только мы вышли на позицию, командир глянул в перископ, — командовал лодкой Герой Советского Союза Иосселиани. «Торпедная атака!» — крикнул он. Огромный, тысяч на десять водоизмещения транспорт пустил ко дну. Походили немного под водой, поднялись под перископ. Опять атака. Так мы и послали к праотцам, два транспорта и один танкер… Бомбили нас сильно, только безуспешно. Командир отвел лодку от ударов бомб и поставил вот в этот грот. Фашисты так увлеклись бомбежкой, что даже не заметили появления наших штурмовиков. Мы их вызвали по радио.
Лицо Корнева снова стало грустным.
— Жаль, что Вася Мухин не видел, как мы уничтожали гадов. Отомстили и за него, моего кореша, и за друзей, что погибли в студеном море. За всех наших отомстили…
— Сигнальщики! — крикнул Сатников. — Внимательно следите за морем и воздухом!
А главный старшина вспоминал минувшее.
…Группа наших моряков шла за границу на попутном, английском транспорте. Им предстояло высадиться в одном из портов Англии, принять там кое-какое вооружение и снова вернуться на Родину.
Была весна, но погода стояла холодная, С хмурого, облачного неба сыпал мокрый снег. Штормило. Подводные лодки гитлеровцев подстерегали проходившие торговые суда, которые в районе Мурманска следовали под охраной советских боевых кораблей и авиации, а затем поступали под опеку англичан…