— Неужели я лично знаю этого юношу? — изумленно приподняв брови, произнесла медведица. — Так… Подожди-ка… Если ты говоришь, что я лично с ним знакома, а таких у нас найдется совсем немного, то неужели это… Густо?!
— Нет, не угадала! — звонко засмеялась Солнышко. — Даже близко не попала! Нет, Густо, он конечно очень хороший парень, но моё сердце принадлежит совсем не ему.
— Тогда кто же это? — ещё больше изумляясь, спросила у внучки старая гамми. — Из всех подходящих кандидатов, кого я хорошо знаю, ко мне на ум приходит только Густо! Или есть еще кто-то, о ком я даже не догадываюсь? — она бросила на девушку быстрый взгляд.
— Солнышко, милая, скажи же мне скорее, кто же этот таинственный юноша, иначе я сгорю сейчас от нетерпения! — руки у Бабушки от охватившего её волнения действительно чуть дрожали, и Солнышко, чувствуя это, на мгновение закрыла глаза.
— Это Кевин, Бабушка… — её мягкий, полный нежности голос, словно тяжелым молотом ударил по ушам главу семейства, и медведица почувствовала, как земля медленно уходит у неё из-под ног.
— Ке… Кевин?! — она потрясённо смотрела на улыбающуюся девушку, чуть приоткрыв рот, и в возникшей тишине было отчетливо слышно, как негромко тикают висящие на стене часы. — Но… Девочка моя! — наконец через силу смогла выдохнуть она. — Ты любишь Кевина? Как же так?
— Да, я люблю его! –с небольшим вызовом в голосе ответила та. — И я знаю, мы будем счастливы вместе!
— Но как? –всплеснув руками, чуть не закричала Бабушка. — Солнышко, родная моя, ты же не хуже меня знаешь, что Кевин человек! Да, он замечательный. Да, он добрый и смелый, и прекрасный друг, но он — человек, и всегда им будет. Пойми, вы никогда не будете с ним вместе, вы слишком разные, и Кевин никогда не сможет ответить тебе взаимностью, потому что ты — Гамми!
— Вот именно! Гамми! — гневно сверкнув глазами, закричала Солнышко. — Я знаю это, Бабушка, -уже более спокойно сказала она, — знаю, что пока я нахожусь в этом теле, я не могу рассчитывать на любовь Кевина! И поэтому, — тут на лице девушки появилась обезоруживающая улыбка — я хочу попросить вас об одной услуге.
— Услуге? И какой же?
— Сделайте меня человеком!
— Человеком?! — не веря своим ушам, в ужасе ахнула та. — О, боже мой…
— Да! Человеком! –спокойно подтвердила Солнышко. –Я хочу стать такой же красивой, как принцесса Кала! Хочу, чтобы Кевин любил меня, хочу каждый день ощущать его нежные прикосновения к моей коже, хочу вся и душой и телом принадлежать ему и только ему! Бабушка! — умоляюще воскликнула девушка. — Пойми же, я люблю его, люблю всем сердцем, без него моя жизнь пуста и одинока! И я прошу тебя, помоги мне!
— Помочь… — одними губами прошептала та. — Но как?
— Попроси Колдуна сделать меня человеческой девушкой! Я знаю, в Великой книге есть такое заклинание, он сам мне об этом говорил, так пусть он применит его на мне!
— Нет, Солнышко, ты не понимаешь! — в страхе замотала головой Бабушка. — Это очень опасное заклинание, и я никогда не позволю тебе им воспользоваться! Ради твоего блага, заклинаю тебя, не делай этого!
— Ты обещала мне помочь! — в сердцах закричала та, и её личико гневно исказилось. — Или ты уже об этом забыла?
— Нет, милая, нет, нельзя! Это опасно, ты можешь погибнуть, если Колдун перепутает хоть одну букву, последствия будут самыми ужасающими!
— А мне всё равно! — яростно ответила Солнышко, быстро вставая, и направляясь к двери. — Если ты не хочешь помочь мне, я сама пойду к Колдуну и все ему расскажу! Он мне не откажет!
Бабушка даже не успела произнести и слова, как дверь комнаты сильно хлопнула, и в коридоре послышались быстрые удаляющиеся шаги, явственно говорившие, что её любимая внучка бежит прямиком к старому волшебнику. Этого ни в коем случае нельзя было допустить! Стряхнув с себя секундное оцепенение, медведица, напрочь забыв о годах, словно метеор помчалась вслед за девушкой, громко крича во весь голос. Буквально влетев в столовую, она с немалым облегчением увидела стоявшую там Солнышко, и вбегавших со всех сторон домочадцев, встревоженных громкими криками.
— Что случилось? Почему такой шум? — первым подал сварливый голос Ворчун, прибежавший в столовую в одной ночной рубашке.
— Да, Бабушка, что произошло? — спросил медведицу испуганный Колдун, трясущимися руками надевая на нос очки. — Почему ты так кричала?
— Да, да, что случилось? — послышались отовсюду голоса остальных медведей, и старой медведице пришлось немного прикрикнуть, чтобы прекратить начинающийся в помещении шум. Когда все замолчали, она показала рукою на спокойно стоявшую в середине Солнышко, и мрачно произнесла: