Отец с сыном ещё некоторое время беседовали, я не вслушивалась в их разговор да и предусмотрительно закрыла дверь в комнату. Но как же было тяжело на душе.
Уже, засыпая, я подумала, права была мама: в каждой избушке свои погремушки.
Утром, войдя в класс, по сияющим лицам ребят я поняла: кошелек возвращен. Признаться в содеянном Марсель не смог, просто подкинул деньги. Пусть хоть так.
Глава 7
После происшедшего разговора обстановка в доме была по-прежнему накалена. Стасик и Софья не понимали, что происходит, пытались об этом поговорить и с Марселем, и с нами, но все молчали, ни словом не выдав содержание той нашей беседы на кухне. Я не таила обиду на парня, понимала, он воспитывался в другой среде, где были иные порядки и обычаи. И ему, наверное, из всех нас сейчас было сложнее всего.
Через два дня после описываемых событий, придя с работы домой, я нашла только Стасика, у старших ещё были дела. «Уж полночь близится, а Германа всё нет», – вспомнилась вдруг фраза из «Пиковой дамы».
– А, наверное, Соня в библиотеке, у неё же зачетная неделя началась, – предположил Стасик.
– Марсель, скорее всего, на репетиции: старшеклассники готовят новогодние мероприятия для себя и малышей. Вожатая подходила, просила отобрать ребят для участия.
– Я тоже хочу участвовать.
– Спроси у Марселя, может, им ещё артисты нужны? Будешь играть Снеговика или Зайчика.
– Ну и пусть. Завтра же попрошу вожатую дать мне роль.
Старшие ребята пришли домой одновременно, причём у Марселя была разбита губа.
– Что случилось? – с тревогой спросила я.
– Ничего, всё нормально, просто упал, – последовал ответ.
– Просто упал?
– Да, просто упал, – с вызовом ответил Марсель.
– Голова не кружится? Не тошнит? Может, скорую вызвать? – продолжила я задавать вопросы.
– Нет. Нет. Никакой скорой не надо. У меня ничего не болит. И милиция ваша тоже не нужна. Отстаньте от меня все.
Софья, посмотрев на парня, прокомментировала его грубый ответ:
– Ты, Марсельеза, прекрати паясничать и психовать, вот где детский сад. Мам, это он пытался меня защитить, вот и получил.
Тут вмешался Саша, попутно собирающийся в командировку:
– Как это произошло?
– Ну, как? Обычно. Иду я из библиотеки, а за мной на перекрестке увязались двое парней, очень желающих познакомиться. Спросили: «Телефончик не дадите?» Я говорю: «Угадали. Не дам». Я иду, и они идут, сальные шуточки отпускают. Ну, ты же меня, пап, знаешь, без нужды кулаками не машу. Вдруг вижу, один из них внезапно падает. Оборачиваюсь, а это мой маленький герой дяденьке подножку подставил, тот и растянулся. Второй, понятное дело, бросился на защиту друга – двинул Марсельезе по губе. Пришлось вмешаться.
– Сын, они же драться не лезли, вот и не надо было начинать. Скабрезно шутили? В этом случае для начала нужно сделать замечание. А вообще, внутренняя сила должна быть в человеке. Я под этим подразумеваю волю, мужество, выносливость, решительность и смелость. У такого человека взгляд другой, именно он иногда останавливает действия иных хамов.
– Тебе нужно записаться в какую-нибудь спортивную секцию, вот там точно вырабатывают внутренний стержень, о котором говорит папа, – сказала я, а затем продолжила: – А вообще, ты – молодец, и спасибо, что не побоялся заступиться за сестру.
Наверное, впервые за то время, что Марсель у нас жил, я почувствовала его благодарный взгляд.
Поздно вечером, проводив мужа в Москву, мы легли спать. И опять не уснуть: уже отвыкла проводить ночи без Саши. Как же мне плохо без него! В голове тут же пронеслись известные строки, как будто обо мне написанные:
Я все могу себе представить,
За исключением одного:
Что я могу его оставить
И быть счастливой без него.
«А все жизненные невзгоды мы переживем, только бы и дальше быть вместе», – уговаривала я себя.