Джеймс смотрел на вдову Шедд без всякого выражения на лице.
— Мадам Бовуар с друзьями недавно отплыли из Нового Орлеана на прекрасном речном пароходе «Принцесса», и в первый же вечер она узнала имя красивого молодого казначея — Хорейс Гульд. Ваш сын, Хорейс, является казначеем на пароходе «Принцесса», на Миссисипи.
Каролина затаила дыхание, не спуская глаз с Джеймса.
— Мистер Гульд, я сказала...
— Я слышал, что вы сказали, миссис Шедд, и это ложь.
— Джеймс, — прошептала Каролина.
— Извините, что я говорю резко с гостьей, но я знаю своего сына. Я также примерно знаю о характере работы казначея на речном пароходе. Это ложь, ваша подруга ошиблась. Моя дочь Мэри и мисс Каролина предпочитают считать, что у вас добрые намерения, миссис Шедд. О том, что я думаю, я умолчу, и только скажу еще раз, что то, что вы сообщили, является ложью, и впредь я буду вам обязан, если вы не будете сообщать свои сплетни.
Каролина встала.
— Джеймс, пожалуйста, сдержитесь.
— Я сдерживаюсь. Я отнесу Джеми к матери. И еще я хочу предложить вам, голубушка, чтобы вы никому не сообщали эту жалкую ложную сплетню. До свиданья.
Когда он ушел, Каролина обеспокоенно повернулась к вдове Шедд, ссутулясь сидевшей на стуле; на ее дряблом лице появилось вдруг выражение печали и участия.
— Не расстраивайтесь, Каролина, дорогая. — Старческий голос потерял свою выразительную силу. — Я не хочу, чтобы это все вас расстраивало. То, что я сказала мистеру Гульду, правда. Мадам Бовуар действительно говорила с Хорейсом. — Она вяло улыбнулась. — Видите ли, я ей написала, чтобы она прислушивалась на случай, если что-нибудь узнает о Хорейсе. Я знаю, может казаться, что я просто старуха, которая любит совать нос в чужие дела. Это не совсем так. Мой сын тоже ушел, когда ему было семнадцать, и я ничего с тех пор о нем не знаю. Теперь, если он жив, ему пятьдесят лет. Я постоянно просила людей искать его. У меня привычка просить разыскивать пропавших молодых людей.
Каролина бессильно села. Ее гостья на глазах превратилась из довольно славной, но часто надоедливой сплетницы в страдающую женщину, которую она жалела и желала бы утешить.
— Я понимаю, что сообщила новость не из приятных. Но я думала, вероятно, что его отец обрадуется хоть какой-то вести о сыне. Не сообразила, что это уязвит его самолюбие. Понимаете, когда проходит все больше лет и совершенно ничего не знаешь, было бы такой радостью узнать, что он жив, все равно где, все равно чем занимается. Просто жив. Еще и года нет, как уехал Хорейс. Слишком мало времени прошло. Слишком мало.
— О, миссис Шедд, мне так жаль.
— Да, дорогая моя, конечно. Вы очень добры, а мне пора уходить. — Она с трудом поднялась и протянула руку. — То, что я сообщила, правда, что делать, если она горькая.
— Я вам верю.
— Спасибо.
— Джеймс тоже поверит, после того, как поговорит с мистером Каупером. Он сейчас поехал в Начец и Мобил, чтобы осмотреть там какое-то имение, и он обещал найти Хорейса, если сможет.
— Это хорошо. Только бы вовремя мальчику помочь. Видите ли, казначей — это молодой человек, который заботится об удовлетворении нужд и желаний пассажиров, а их нужды и желания не всегда высокого морального уровня. Я рада, что он узнает это от мистера Каупера. Мужчине он поверит. Ну, дайте мне мой плащ, дорогая, и передайте привет милой Мэри.
Каролина обернула длинный синий шелковый плащ вокруг плеч гостьи и обняла ее.
— Мы вас увидим у Кингов в будущий четверг, миссис Шедд?
— Обязательно. Было бы глупо не пойти на прием у Кингов. И, — э... Прежде, чем уйти, на случай, если мистер Каупер не увидится с Хорейсом, мадам Бовуар писала, что этот молодой казначей говорил ей, что он родом с острова Сент-Саймонс, и что его отец — владелец плантации Сент-Клэр.
ГЛАВА XIX
Когда Гульды приехали на угощение в Убежище семнадцатого ноября, Мэри, как обычно, первым делом позаботилась о том, чтобы ее родные были хорошо устроены. Она усадила Алису, все еще не желавшую оставить ребенка на попечение мамы Ларней, в кресло-качалку под старым кедром на поляне, а Джеми лежал в люльке, которую дали Кинги, возле нее. Мэри знала, что соседи пойдут посмотреть на младенца, так что Алиса будет не одна; направив семью Бен Койтер к Алисе, она поспешила к отцу. Он стоял одиноко, пытаясь разыскать, как она знала, Джеймса Гамильтона Каупера.
— Папа, незачем нервничать. Мистер Джеймс Гамильтон Каупер здесь. Я первым делом спросила миссис Кинг.
— Ну, так где же он?
— С мистером Кингом внизу у пристани. Вилли приедут на лодке. Джим и мистер Каупер пошли встретить их. А вон там под этим дубом удобное кресло с высокой спинкой, — идем, тебе надо отдохнуть.
— Я не хочу отдыхать. Мне нужно выяснить, видел ли Каупер твоего брата.
— Папа, послушай меня. Я не собираюсь смотреть за тобой целый день, как наседка. Мне хочется повеселиться. Ну, будешь благоразумен, посидишь на этом кресле?
Он смотрел в сторону веранды Кингов, заслонив глаза рукой.
— Я вижу, его отец там. Ты иди себе, веселись. Я поговорю с Джоном Каупером. Он ушел, прихрамывая, и Мэри посмотрела ему вслед. Почему ему требовалось услышать от Каупера то, что уже слышал от миссис Шедд? Она закусила губы. С отцом сегодня будет много хлопот. И надо же, именно сегодня. Она с таким удовольствием ожидала этого дня, трудно было подавить чувство досады на него. Мэри встала на цыпочки, чтобы получше видеть маленькую группу, медленно приближавшуюся по широкой прибрежной полосе. Она видела сестер Вилли, рассмотрела Джима и хозяина дома и мистера Каупера, и, как он помогал матери идти по песку. Она его увидит, будет разговаривать с ним. Может быть, если его мать чувствует себя хорошо, они проведут несколько минут вдвоем. Может быть, даже прогуляются вместе. Да, но не могла же она стоять там и смотреть, как Джон Вилли идет к ней по берегу. Надо для виду проявить интерес к кому-то другому. Поблизости были Фрюины и их хорошенькая племянница, Сара Дороти Хей. Можно побыть с ними, пока не подойдут Вилли.
Сидя в кресле-качалке на веранде, Джеймс Гульд сразу перешел к делу.
— Твой сын видел моего мальчика, Джон?
Да, Джеймс Гульд, видел, но я хотел бы, чтобы ты подождал, уж пусть мой сын сам расскажет тебе об их разговоре.
— У Хорейса все благополучно? Он здоров, да?
— Да, да. Совсем все хорошо. Выглядит взрослым, старше, совсем зрелый мужчина, мой сын его не таким помнит.
— Где он был?
— На пароходе из Начец в Мобил.
Джемс Гульд почувствовал напряжение.
— Ты сказал, на пароходе?
— Да. «Принцесса».
— Он ехал куда-то?
— Ну, да, можно и так сказать. Он ехал куда-то, но он, кроме того, работал.