Выстрел — это наследие.
Скрипнули ворота. Анжелика, проведшая весь путь в размышлениях о ходе дуэли и ее значении, не заметила, как очутилась с сестрой возле своего дома. Как две блеклые тени, они шли под раскидистыми ветвями крепких дубов рука об руку, поддерживая друг друга. Наконец, ей вспомнился вопрос, который задала ей Элайза и который повлек за собой вереницу красочных образов. Анжелика посмотрела на сестру и по ее внимающим глазам поняла, что она терпеливо ждет ответа. Тяжело вздохнув, миссис Чёрч тихо и благоговейно, словно приоткрывая завесу величайшей тайны человеческого бытия, произнесла:
— Потому что он не мог поступить иначе. Он знал, что отведенное ему время иссякло, что он не примет роль убийцы на себя. Он всегда мечтал погибнуть мучеником.
Слова Анжелики повисли в густом, наполненном ароматами цветов и древесного сока воздухе. Элайза робко улыбнулась, припоминая письма Александра, которые он писал ей в годы войны из лагеря: «Будешь ли ты плакать, дорогая Элайза, если удостоюсь я величайшей воинской чести и наивысшего патриотического счастья — погибнуть на поле битвы?» Знал бы он в те годы, что война не заденет его ни пулей, ни штыком, ни картечью, но выстрел товарища-сослуживца, ставшего врагом вследствие политических игр, оборвет его жизнь, но поставит его затоптанное в грязь многочисленными скандалами и интригами имя в один ряд с именами святых и мучеников.