Глава 15
– Как думаешь, я красивая?
Она уже давно сидела на его подоконнике, излучая совсем слабый лунный свет. Уже примерно час. Они смотрели друг на друга и просто молчали.
– Ты больше, чем просто красива.
Теперь она стала человеком. Нет, конечно в ней не было ничего земного… Но все же…
Волосы ее были белы, но когда на них попадал свет, появлялись оттенки солнечно – золотого. Глаза… Они были тоже как Солнце. Красивые нарисованные глаза, но живые и естественные. Она была высокой и стройной, а кожа бледной. Она почти всегда улыбалась и лишь иногда внезапно могла стать серьезной.
– Твои глаза, они как Солнце. Такие же яркие и лучистые.
– Я Луна.
– Луна… Это имя тебе так подходит. Ты прилетела ко мне с Луны?
– Нет.
– Где же ты была?
Но она не ответила. Лишь принялась собирать с пола исписанные листы бумаги.
– Ты зря их разбросал. В них душа. Твоя душа, – она стала серьезной. – Разве можно издеваться над своей душой?
– Я не знаю. Может быть, нельзя.
– Ну конечно нельзя, – Луна стала читать.
Так длились секунды, минуты, а она все читала, но не улыбалась.
– Почему ты ни разу не написал про меня? Разве это сложно?
Максимилиан слегка испуганно произнес:
– Я тебя не знал.
Луна смотрела на него пристальным взглядом и, казалось, сверлила. Но так могло показать только со стороны, потому что Максим мог смотреть на нее вечность, две вечности, десять, и ему никогда бы не надоело. А потом она расхохоталась, а Максимилиану показалось, что она стала еще сильнее излучать свет.
– Разве можно меня не знать? Меня знают все!
– Кто же ты?
Но она не ответила.
– Вот скажи, ты меня любишь?
– Я тебя люблю.
– Тогда почему же ты про меня не писал? Ты такой глупый!
– Прости меня.
Она задумалась:
– Ладно, прощу. Но сейчас все равно уйду. И возвращусь… Возвращусь, когда захочу!
– Пожалуйста, не уходи. Останься…
Но Максимилиан почувствовал, как его тело завяло, и отключился мозг.
Глава 16
Было уже девять часов утра, когда он проснулся. Теперь было ясно, что Луна – не плод его воображения и теперь с нетерпением ждал новой встречи.
Правда, она оказалась не такой, какой он себе представлял, но когда Максим попытался найти в ней недостатки, у него это не получилось. Значит она такая, какой должна быть.
Максимилиан уже опаздывал на работу. Внутри он просто сиял, а вот разговаривать и улыбаться не хотелось. Так странно.
Говорят, что когда любишь, лица прохожих могут быть похожими на того, кого любишь. Но Максим не замечал ни капли схожести между Луной – неземной богиней и мрачными прокуренными людьми, бегущими только за деньгами. Какая между ними может быть связь? Это даже глупо.
– Ты сегодня опять опоздал! Где ты шляешься, черт побери? Где твой телефон? Нам скоро… – Максимилиан слушал, но не слышал этих оскорбительных бесполезных слов работодателя. Его все равно не уволят. А орать, пусть орет.
И Максим стал выгружать товары, сегодня они казались такими легкими.
А время и тянулось, и летело одновременно. Теперь он уже гулял в сквере, потому что сегодня, как никогда, успел быстро перетащить груз.
Он ждал ночи. Может быть, тогда к нему придет Луна. Нет, она не придет, она прилетит. Она окажется рядом, и он все забудет. А она опять будет похожа на капризную маленькую девочку, которая задает много вопросов, часто смеется, а потом вдруг не понятно из-за чего, грустит. Она – такая худенькая и бледная, возможно сильнее, чем все человечество в целом. Ведь только она может сказать ему все что угодно, и он непременно это выполнит. Может не говорить. Но он никогда не сделает того, что диктует ему общество, даже если его станут пытать. Они творят зло. А Луна не может произнести ничего плохого.
Обо всем этом думал Максимилиан, стоя посреди опустевшей аллеи и закинув голову. Он смотрел на небо. Там была маленькая белая точка. Она передвигалась. Птица. Непонятные птицы. Что они думают, когда взлетают так высоко? Боятся ли разбиться? Что для них небо, и что земля? Что из этого их дом? Они же не могут жить без неба, без ощущения высоты. А на земле пища. Если не будет ее – они не смогут летать. Но если не летать, зачем жить?
Тем временем все делалось алым – Солнце уходило, и Максимилиан шел домой. Как ему нравилось это время суток! Дома становились разноцветными: та сторона, которая в тени – темная и неприветливая, а та, на которую падает свет – желтая, красная, а иногда и фиолетовая. Но потом и она помрачнеет. Но это не скоро. Еще полчаса, может больше. Сегодня он не мог остаться здесь, чтобы наблюдать за этим великолепием.