– Карина! Хватит. – Макс бросил на нее недовольный взгляд. Карина закатила глаза.
– Кто-нибудь объяснит мне, ЧТО ЗА ГАРД?! – Лина чуть не вышла из себя.
– Понимаешь, Гард – это бесконечный темный лес…
Карина не дала Максиму договорить:
– Это бесконечная тюрьма, свет в которой горит только в полных отчаяния глазах заключённых. Отсюда не было, нет и не будет выхода. Сюда попадают самые пессимистичные люди с Земли, а в Арвен – оптимистичные.
– Стоп, мы не на земле? И что за "Арвен"?!
Карина снова закатила глаза, выходя из себя:
– Макс, я сейчас загорюсь, давай ты ей все объяснишь!!!
– Прям таки загоришься. – Лина скрестила руки на груди.
Карина щёлкнула пальцами, и в ту же секунду вокруг нее загорелся ореол пламенно-оранжевого огня. Когда Карина расправила крылья и взмыла в воздух, огонь, казалось, поглотил ее всю.
– Никогда…не сомневайся…в моих способностях! – яростно прошипела сквозь зубы девушка, в глазах которой отражался горящий огонь.
Максим скучно произнес:
– Все. Заканчивай свое огненное представление. – он и Диана были явно не удивлены всем происходящим.
Спустя пару минут огонь и крылья-голограммы пропали, и Карина спустилась на землю.
– Предлагаю всем вместе сесть вон на то упавшее дерево, – он пальцем указал на упавшее дерево вдалеке справа от них, – и все обсудить.
– Я за! – Диана весело прыгнула, прямо как когда была собакой.
Подростки подошли к дереву и сели на него. Макс быстро сказал:
– Диана!
Девушка превратилась в лайку, зубами оторвала от дерева пару кусков коры с древесиной, собрала их в кучку возле дерева и послушно села на задние лапы рядом с парнем. Он почесал ее за ухом. Карина, слегка коснувшись той кучи зажгла ее, и она превратилась в костер.
– Единственный способ получить тепло. – тихо сказала она.
– Что ж, начнем. – Макс вздохнул. – Для начала – знакомство. Как ты уже знаешь, я – Макс, мне пятнадцать. Карине и Диане четырнадцать. А тебе?
– Эмм… Мне пятнадцать.
– Круто. Я не один такой. – он улыбнулся. – Теперь о том, где мы. Понимаешь, существует три мира: Земля, Гард и Арвен. Также есть распределители – Вайны. Они "отделяют лишних" с Земли, и отсылают сюда, доживать года.
– Но зачем?
– Они считают, что таким как мы не место на земле. Мы должны жить отдельно.
– Но кто – мы?
– Самые пессимистичные и оптимистичные люди. Пессимисты – в Гарде, а оптимисты – в Арвене. Здесь мы не можем умереть и почувствовать боль до конца наших лет, назначенных нам еще при рождении.
– Нет… Нет… Это какой-то сумасшедший сон. – девушка схватилась за голову.
– Это не сон, Лина. Это конец, финиш, финал! – Карина всплеснула руками.
– Я продолжу. Как ты, наверное, поняла, мы в Гарде. Мы помним свою жизнь, но на Земле нас больше не существует. Мы есть только здесь. Люди в Гарде – Харды, в Арвене – Айвены.
– А в Гарде только люди?
– Нет, есть и Сейпы. Это как животные, только как их скелеты.
– Но почему мы здесь одни? И сколько времени вы уже здесь находитесь?
Он рассмеялся:
– Здесь нет ни времени, ни суток, ни потребностей. Невозможно сказать, сколько мы здесь, и сколько нам осталось. А про то, почему мы одни, ты уже знаешь, что Гард бесконечен, поэтому здесь очень много людей, просто походить надо.
– А почему у вас крылья, способности, и вообще, почему вы в Гарде, а не в Арвене?
– Как бы у тебя крылья тоже есть.
Просто захотеть надо.
Лина слегка нахмурилась. Крылья?! Это возможно? Глупый вопрос, раз Карина смогла. Но хотя это не означает, что и она сможет.
Хватит размышлений. Нужно пробовать – другого выхода понять нет. В голове появилась лишь одна мысль – желание взлететь.
Вдруг она услышала шум сзади себя. Повернув голову в бок, она обомлела – справа и слева ее окружали ее крылья, такие же голограммные, только уже из порванных упаковок от жвачки и разных принадлежностей для маникюра. Это было что-то невероятное! Самое красивое, что она видела в жизни. Если они еще и летают – жизнь лучше и быть не может.
Кого она обманывает? Девушка не пойми где, не пойми с кем, совсем не понимает, что случилось. Это нельзя назвать лучшей жизнью. Скорее наоборот.
– Интересно… – улыбнулся Макс. – Крылья раскрывают твою истинную сущность. Она так же видна в человеке, как длинные крылья.