— Я слышал, что предплечье нужно туго завязать или что-то в этом роде?
— Не волнуйся, твое тело сделает все за тебя.
— Надеюсь.
Ладно. Вижу синюю полосочку на руке. Прямо туда. Хух. Тяжело. Ужас. Подношу шприц. Сердце стучит как бешеное.
— Успокойся ты! — Биллу не нравится моё состояние. — Я с тобой.
— Может продезинфицируем поверхность?
— Начинай уже!
Игла вошла. Противно то как. Надавливаю на поршень. Чувствую, как ремнант растворяется в моей крови.
— Не торопись. Медленнее. — указывает Билл.
Продолжаю давить на поршень. Теперь к тошноте добавилось головокружение. В глазах темнеет временами. Осталась половина.
— Давай, давай.
Билл старается удержать меня в сознании, которое я медленно терял. Уже ног не чувствую. Хотя мне без разницы, поскорее бы закончить.
— Я…гда…щаюсь…— последнее, что слышу, когда наконец отбрасываю пустой шприц в сторону.
Где я? Ничего не вижу. Не могу пошевелиться. Но я не умер. Мертвые не думают. Или думают? Вряд ли. Ладно, подожду, пока до конца очнусь.
— Лиам, Эван, вставайте! — какой красивый голос, хотя я слышу его впервые. Глаза открываются сами по себе.
Вижу комнату. В углу стоит огромный шкаф с кучей книг. Домашняя библиотека. «Искусство войны», «Введение в хирургию», «Основы фармацевтики», «Четвертый шкаф» и много других. В основном были пособия по медицине. Тело само встает кровати и покидает комнату.
— Доброе утро. — меня встречает красивая девушка в цветочном платье. У неё прекрасные светлые волосы, которые доходили ей до колен. Я заметил, что её глаза были разного цвета. Я также заметил, что она была беременна. Я почему-то обнимаю её.
— Доброе утро. — это не я! Не мой голос! Не моё тело. Что вообще происходит?
— Давай иди умывайся и завтракать. Дети уже за столом.
— Бегу. — на самом деле голос приятный, но где-то я его уже слышал. Неприятные ассоциации с ним. Захожу в ванную (точнее не я, а человек, от лица которого я наблюдаю). Зеркало! Сейчас я узнаю, кто…что? Невозможно! Почему он?!
Я снова открываю глаза. Теперь это точно я. Бункер. Кресло. Как долго я тут сижу?
— Около часа.
— Час. — как такое возможно? — Я думал, что минут 5.
— Видение не имеет времени. — пояснил Билл. — Оно может идти и час, и день, и даже год, независимо от того, сколько прошло времени внутри него. Время относительно.
— Я видел его. — всё никак не могу отойти от сна. — Я видел их обоих.
— Я тоже.
— Но почему?
Билл замолчал. Я чувствую наблюдение со стороны.
— Эван?
Никого нет.
— Кто здесь?
Встаю и быстро осматриваю комнату.
— Соединение установлено. — глухой звук, словно кто-то говорит в микрофон. — Майкл, меня слышно?
Условие четвертого параграфа
— Генри?
— Генри. — Билл недоволен.
— Все верно, Майкл. — голос Генри распространялся на всю комнату. Где-то были спрятаны динамики. — Ты не мог скрываться вечно.
— Где ты? — я начинал терять контроль над собой.
— Это неважно. Меня здесь нет. Скоро никого здесь не будет.
— В каком смысле?
— Они достигли своей цели. Даже после смерти. — Генри напрягал меня. Его задумчивый, но в то же время решительный голос говорил о не самых добрых намерениях. — Джон и Уильям. Они долго трудились над ремнантом, веществом, свойства которого могли расширить человеческие возможности в несколько раз. Мне удалось переубедить Ринна, хотя тогда я еще не знал, что он испытал эссенцию на тебе. С Афтоном возникла проблема. После смерти своей жены, он не хотел отпускать из своей жизни дорогих ему людей. Да и сам умирать не хотел.
— Наглая ложь! — Билл был в бешенстве. — Не слушай его, Майкл, он хочет нашей смерти!
— Зачем вы это говорите? — мне порядком надоел этот разговор.
— Джон спрятал свои разработки. — Генри проигнорировал мой вопрос. — Никто не знал, где спрятана вечная жизнь. Уильям был в ярости. Он сжег дом Риннов, похоронив в нем твоих родителей. Но не тебя. Ты выжил. Тогда Уильям, как я недавно узнал, понял, что что ты стал первым опытом Джона. Поэтому он захотел тебя «завербовать».
— Твои слова наглая ложь! — слова сами вылетали из моего рта. Голос был почти мертвецкий. Жутко. — Никто никого не вербовал. Он…я…сам пришел. Я…убил Элизабет.
— Это уже не важно. Важно, что Уильям не успел осуществить замысел. Точнее, ему удалось переманить тебя на свою сторону, и в этом моя вина. Ты должен был продолжить их дело, что тебе удалось. Майкл Ринн — первый человек, вобравший в себя силу ремнанта. И последний. Ты стал опасен, как для окружающих, так и для Чарли. Она сломлена. Ты в этом виноват. Надеюсь, ты поймешь меня. Конец связи.