— Я догадался, — улыбнулся Киер.
Он снял рубаху, которая еще была слегка влажной, и потянулся к штанам. Увидев мой сосредоточенный взгляд, мужчина нахмурился.
Он сделал резкое движение рукой перед собой, и появилась черная ширма. Не успела я что-то сказать, как та исчезла. Киер стоял в легких бриджах. Видимо, они служили ему одеждой для сна.
— Он обычно спит голый, — развеял мои сомнения гаиноз. — Наверное, решил тебя не стеснять, прикрыл свои бубенчики.
Я покраснела.
— Думаю, нужно немного поспать, — Киер зевнул. — Занимай любое место.
Он достал из ниши одежду: что-то среднее 5между рубашкой и футболкой.
Поспешно прилегла на ближайший куб, и подо мной сразу же появилось мягкое постельное белье, матрас и подушка. Укрывшись одеялом, переоделась.
Только сейчас вспомнила, что одежду и нижнее белье я так и не постирала. Проснусь, обязательно исправлю это. Не очень комфортно чувствую себя без него.
— Поспать бы и мне не мешало.
Мартин прыгнул на самый нижний куб, который больше всего освещался.
— Можешь представлять свою полутьму, — крикнул он оттуда, — здесь достаточно света, чтобы нормально спать.
Я улыбнулась. Новый знакомый решил мне угодить и уже не стремился отправить восвояси. А может, причина в моей значимости? Он лишний раз мог похвастаться своим сородичам, что живет со жрицей.
Я представила освещение своей квартиры, и куб тут же выполнил желание. Мне на мгновение даже показалось, что я слышу шум проезжающих машин за окном. Скучала по дому, друзьям и совсем немного — по работе. Я любила лечить животных, выяснять их болезни, но моя работа проходила в частной ветклинике с невыносимым руководством. Если бы не зарплата, давно бы сменила место.
Послышалось равномерное сопение из соседнего куба. В отличие от моего, в том пространстве не особо что-то изменилось. Освещение осталось прежним, только появилась тонкая подстилка, на которой расположился Киер. Он занял все пространство куба внизу. И мужчину не смущало отсутствие подушки и одеяла.
Как и присутствие чужого человека в его доме.
К моему большому удивлению, уснула я тоже быстро, хотя думала, что после таких насыщенных событий сон не захочет меня посетить.
Я увидела сон, и он снова был необычным. Второе видение за такой короткий период? Или это продолжение того, что я не досмотрела первый раз? Очередная подсказка.
Я иду по длинному красивому коридору с мягким ковром. Ноги в удобных туфлях утопают в высоком ворсе красной дорожки. Я ощущаю эту упругость. Все такое реалистичное! Даже слышится пение птиц за огромными стеклянными окнами.
На стенах висят старинные гобелены в золотой оправе. Потолки в вензелях ручной лепки. Статуи красивых женщин стоят по обе стороны от дверей. Их много. Я иду целенаправленно к синей.
За ней слышится плач. Снова это чувство: боль, отчаяние и беспомощность. За дверью хорошо знакомый мне человек. Родной, тот, которого я сильно люблю.
Открываю массивную створку и захожу в комнату. На огромной постели лежит белокурая девушка, она горько рыдает. Я не вижу ее лица.
— Миранда, не плачь.
— Оставь меня, — отвечает она, не поднимая головы. — Ты позволила ему жениться!
— Я не могу препятствовать их любви.
Нежно касаюсь ее волос. Они мягкие, чувствую их шелковистость.
Девушка срывается с места и бежит в соседнюю комнату. Я очень хочу рассмотреть ее лицо, но не вижу его. Оно словно скрыто. Ищу глазами фото. На стене вижу картину молодого человека, который раньше являлся мне в видении. Это он рыдал над телом девушки. Здесь он моложе. Что-то мне подсказывает, что эти события происходят раньше.
— Миранда, не рви душу!
Подхожу к двери. Знаю, что девушка не откроет.
— Уходи. Не хочу тебя видеть! Я ненавижу тебя!
— Ты еще встретишь человека, который будет отвечать тебе взаимностью, — мягко произношу я.
— Мне, кроме него, никто не нужен! — слышу из-за двери.
Какое-то время стою молча.
— Оставь ее. Сейчас Миранде лучше побыть одной, — слышу мужской голос.
Поворачиваю голову и вижу красивого мужчину. Он очень похож на Киера.
Или это игра моего воображения? Я где-то читала, что во снах незнакомые картинки мы заменяем уже известными мозгу. Может, и здесь так?
— Он все равно будет моим! — слышится из-за двери голос девушки, а за ним — дребезг разбитого стекла.
— Ей очень тяжело, — вздыхаю.
Мужчина подходит ко мне и обнимает. Чувствую его тяжелую руку на своем плече. Вдыхаю знакомый аромат. Он пахнет Киером. Мужчина близко, такой родной и во сне такой любимый.
Он уводит меня из этой комнаты в коридор. Оглядываясь по сторонам, мы заходим в другую. Я плачу у него на плече, знаю, что должна быть сильной, такие, как я, не дают слабину, но с ним можно быть настоящей. Он — запретный плод, и время с ним —сладость. Мне жаль, что мы вынуждены так жить, подчиняясь правилам.