— Извини, что орал на тебя.
Бен имел в виду — насчет ребенка.
— Ты не привык отступать, да?
— Я просто не могу понять, как женщина вроде тебя…
Женщина вроде нее влипла в серьезные неприятности. Бен бессознательно передвинулся так, что оказался между ее ног.
— Тебе надо было бы кого-нибудь найти, — говорил он. — Человека, на которого ты сможешь полагаться. Должны же быть мужчины…
Из его горла вырвался хриплый вздох.
Мужчины? Бриджет представила себе Бена внутри себя, вообразила, как радостно подчинится его хрипловатым приказам. У нее между ног выступила влага страсти, и она чуть не застонала.
— А как насчет тебя? — спросила она. — Ты по-прежнему не сказал мне, кто ты такой. Что ты делал в лесу?
Приподнявшись на локтях, Бен поднял голову и заглянул ей в глаза. Она выдержала бы его взгляд, если бы он не продолжал гладить ее по волосам. Ее глаза невольно начали закрываться, и она усилием воли заставила себя держать их открытыми.
— Бен.
— Что? — прошептал он.
— Ты не ответил на мой вопрос.
Его взгляд скользнул по ее шее.
— Бен.
Его губы раскрылись. Бриджет увидела, как он провел языком по нижней губе, задержав его в уголке рта.
— Что именно ты хочешь знать?
«О, мелочи, — подумала она. — Например, что я тут с ним делаю. И почему испытываю не страх, а желание».
Она мысленно встряхнулась. Он предлагает ответить на ее вопросы. Если бы можно было, она стала бы в позу, скрестив руки на груди.
— Скажи мне свое настоящее имя.
— Бен Ренфилд.
— А работаешь ты?..
— Что о ней рассказывать? Ничего интересного…
Если бы она могла заставить его объяснить, почему в его взгляде вдруг появилась тень.
— Ты безработный?
— Я отдыхаю.
— От чего? — настаивала Бриджет.
— От разговоров о работе.
Она попробовала другой подход:
— На что ты охотишься?
— На то, на что открыт охотничий сезон.
— Насколько я знаю, сейчас только сезон строчков.
— Ну и что?
— Как это понимать?
Бриджет попыталась сесть.
Бен удержал ее, соображая, что сказать. Соображать было трудно. Голова у него была словно набита ватой. По ноге прокатывались волны боли. Что еще хуже — движения ее тела заставили его мысли устремиться в таком направлении, какое было для него нетипично. Он остро ощущал каждый ее вздох, изгибы ее стройного тела, нежность обнаженной кожи. Он ощущал ароматы ее шампуня, мыла и ее собственного тела. Если бы они любили друг друга на этой постели, ее кожа блестела бы от пота, в их телах пульсировало бы желание…
Бриджет ждала. Чувственная фантазия растаяла.
— На что ты охотился? — прямо спросила она.
Бен смотрел ей в глаза и думал, найдет ли он когда-нибудь то, что ищет.
6
— Ты же уже слышала — на строчков.
— Ах, так ты на них охотился? — протянула она.
Бен отчаянно пытался сообразить, что к чему. Он рос во Флориде. Что он может знать о природе северного Мичигана? Слово «строчки» ему было знакомо. Видимо, это нечто распространенное. Не то чтобы он знал, что это за твари. Грызуны? Нечто вроде хорьков?
— Я надеялся взять штучку на обед.
Вид у нее был скептический.
— Или парочку.
Похоже, это ее убедило. Бриджет перевела взгляд на потолок, и он вздохнул спокойнее.
— Но пистолет тебе для этого не понадобился бы, — вслух размышляла она. — Они такие медлительные. Да и шкуру с них снимать трудно.
— Охотничьего ножа у меня нет, если тебя это волнует. Ты ведь вчера перебрала мои вещи. И содержимое моего бумажника.
Он увидел в ее глазах неохотное подтверждение этой своей догадки.
— Все в порядке, — признала она. — Бенджамен Ренфилд. Возраст — тридцать четыре года. Вес — сто восемьдесят фунтов. Кредитные карточки. Водительские права. Удостоверение личности.
— Но лицензии на охоту нет. Ты к этому? Боишься, что я занимался браконьерством на твоей территории?
— Это со строчками-то? Честно признаюсь, что такая мысль мне даже в голову не пришла.
— Тогда в чем дело?
Она высвободила свои руки, оказавшиеся прижатыми к кровати. Прикоснувшись к его лбу, она несколько грубо обошлась с его вчерашней ссадиной. Если уж совсем точно, то она ткнула в его череп, словно в спелую дыню.