Стало так тихо, что Регулус слышал, как раскрывается новый лист какого-то диковинного растения здесь — в зимнем саду волшебного госпиталя — и как журчит вода в водосточной трубе.
— Дар и проклятие, — наконец обрёл голос Регулус, не споря. Он понимал её. У него тоже был дар, Бони не даст соврать. Лу не даст соврать. Даже брюзга Перле, если бы его ещё кто-то слышал. Блэк вскинул глаза на Габриэль. — А как же твоя сестра? Разве они с Биллом не любят друг друга?
— Конечно, любят! Они без ума друг от друга, но вейловская магия тут ни п’ги чём. Волчья зараза в к’гови Билла нейтр-рализует все чары.
— Это кажется таким глупым, кажется оправданием… Я ненавижу себя за то, что не способен сказать ничего, кроме банального «прости». Ты всё ещё хочешь вернуться домой? — запальчиво спросил Регулус. — Хочешь уехать отсюда, Габриэль? Увидеть мир? Я увезу тебя!
Она чуть запрокинула голову и потерянно улыбнулась.
— И оставишь Гермиону Грейнджер?
Он отдёрнул руку, как от кипятка. Неужели он так предсказуем? Неужели всё столь очевидно? Даже мерзкая Урсула, безумная, безжалостная гарпия, раскусила его на раз-два.
— Я напишу папе, — сказала Габриэль, встав. — Всё объясню. Мы поторопились. Я освобождаю тебя от клятвы, — добавила она и внезапно усмехнулась, напомнив себя прежнюю: бойкую и неугомонную девчонку. — Боюсь, его ждёт разоча’гование. Мало того что его глупая непоседа-дочь ничего не смыслит в подсчёте медяков, так ещё и богатого жениха упустила…
Регулус вскочил на ноги следом за ней и развернул её к себе.
— Ты не глупая, Габриэль! Да, непоседливая, как пикси. Да, иногда капризная, а иногда откровенно бесшабашная, но не глупая. Ты не представляешь, сколько для меня сделала! Ты была моим лекарством, избавлением от условностей, молотком, пробившим мой панцирь, когда я в нём застрял, как огнекраб в старой раковине. Ты смелая, решительная, искренняя. Я люблю тебя. Пусть не так, как хотелось бы, но ты мне дорога. Очень дорога!
Габриэль обняла его, и в какой-то миг Регулус подумал, что держит в руках сестрёнку, чуть ли не девочку, похожую на Цисси, потерявшую кролика в саду.
— Как же хор-рошо, что ты можешь разговаривать со мной, не пуская влюблённые слюни, Регулус! — смеясь сквозь выступившие слёзы, сказала Габриэль. — Я даже не обижусь на сравнение с пикси.
— Заметь, я перечислил и положительные качества, а ты не упомянула обо мне ничего хорошего.
Габриэль пискнула от смеха.
— Зато я провожу тебя до палаты, и все пр-роходящие мимо мужчины будут с завистью глядеть тебе в след.
— Они будут сворачивать шеи из-за тебя, на меня даже не посмотрят, — справедливо поправил её Регулус, подставив ей локоть. — Представь, что мы возвращаемся с пикника на Монмартре, — шепнул он.
Она без промедления взяла его под руку и с царственной осанкой двинулась по коридорам госпиталя Мунго.
— Или со званого ужина у призрака Люксембу’гского сада.
— Я не сомневаюсь, Габриэль, что ты встретишь человека, который сможет тебя оценить, — искренне проронил Регулус. — Для которого содержание будет важнее обложки.
— Если я его увижу, то не стану тянуть, — заверила она. — Сама приглашу на свидание!
У дверей палаты Регулус с удивлением обнаружил двоих «гостей»: Нотт и Миргурд собственной персоной. Если с Тео Габриэль была не знакома, и Регулусу пришлось их в спешке друг другу представить, то Арнольда она признала сразу — виделись несколько раз ещё на том берегу Ла-Манша.
— Я пойду, — прощебетала она. — Хочу перехватить кусочек пая, пока всё не разобрали, — Габриэль улыбнулась мужчинам и шёпотом, притянув Регулуса, сказала: — Вы снова улыбаетесь, мсье б’гитанец.
— Я могу поцеловать вашу руку на прощание? — с напускной важностью полюбопытствовал он и галантно протянул ладонь для пущего эффекта.
— Тогда уж щёку, — будучи истинной француженкой ответила бывшая невеста.
Регулус испытал восхищение.
— Tout à fait, (2) — довольно оценила она, когда его губы коснулись её кожи. — Вам тоже всего доброго, господа!
— Всего хорошего, мадемуазель Делакур, — откликнулся Миргурд. — Было приятно с вами увидеться.
— До свидания, — сухо ответил Теодор и хмуро воззрился на Блэка. — Мы ждём тебя около четверти часа. Кто бы мог подумать, что прогулки по больничным коридорам так увлекательны.
— Проходите, — пропустив ворчание мимо ушей, сказал Регулус. — У меня отдельная скромная палата. Нам никто не помешает.
— Отдельная… — насмешливо фыркнул Тео. — Это уже роскошь.
Регулус метнул в него сердитый взгляд.
— Теодор, будьте любезны, принесите нам чего-нибудь выпить, — безупречно вежливо попросил Миргурд, расстегнув застёжки дорожной мантии. — Ожидание действительно было утомительным.
Нотт покладисто отправился исполнять его просьбу, а Регулус приготовился услышать что-то неприятное, ведь не просто же так Миргурд выставил Тео за пределы больничной палаты.
— Я рад, что вы успешно добрались, Арнольд, и надеюсь, хорошо устроились. Простите, что не смог вас встретить.
Долгожданный собеседник скроил ту самую физиономию, с которой он докапывался до Регулуса, когда тот не хотел что-то вспоминать.
— Вы и так проделали немалую работу. Вы что-то придумали, не так ли? Комиссия по экспериментальным чарам никогда так быстро не рассматривала заявки. Я знаю, о чём говорю, ведь восемь лет проработал в Министерстве магии.
— Давайте поблагодарим чуткое руководство господина Кингсли Шеклболта над отделами, — не скрывая веселья, ответил Регулус.
— Пусть так, — смиренно выдохнул Миргурд. — Мой сегодняшний спутник, мистер Нотт… Что вы можете о нём сказать?
Регулус удивился такому повороту.
— Смотря что вас интересует.
Арнольд сел на единственный в палате стул и соединил пальцы.
— По вашей просьбе я занялся делом тех магглов — Грейнджеров. Вы были правы: воспоминания надёжно спрятаны, но вытащить их наружу всё ещё возможно. Думаю, это дело нескольких недель, учитывая, что Теодор дал мне исчерпывающую характеристику их личностей и эмоционального состояния. Он уже отличный окклюмент и сейчас делает большие успехи в легилименции. Я хочу взять его в ученики.
— Это отличная идея, Арнольд! — воскликнул Регулус, расслабившись. — Не могу гарантировать, что он согласится, так как все известные мне Нотты немного со странностями, но вы не прогадаете, если Тео станет вашим учеником. Если не доверяете мне, учитывая, что иногда я… не очень хорошо разбираюсь в людях, то положитесь на Гермиону Грейнджер. Теодор её друг.
— Грейнджер… Та девушка, что прислала мне чуть ли не эссе с благодарностями?
Регулус не сумел сдержать улыбку.
— Она нечто особенное.
— Хорошо, — заключил Миргурд. — Тогда вопрос решён. Признаться, меня смущала фамилия юноши. Нотты славились приверженностью к тёмным искусствам.
— Как и Блэки, — напомнил Регулус.
— Но в вашей голове я был чаще, чем в министерском Архиве. Все ваши грешки я знаю наперечёт.
Так и было. В этом и заключалась основная причина нелюбви Регулуса к встречам с этим талантливым, но невероятно въедливым «мозгоправом».
— За то время, что мы не виделись, я совершил новые.
— Надеюсь, вы их помните.
— Все до одного.
— Это уже плюс, — усмехнулся Миргурд, и дверь как раз открылась, впуская Тео с парящим подносом. — То, что помнишь, можно исправить.
*
21 марта
В холле было полно народу. Блэк протиснулся через толпу волшебников, выстроившихся к стойке привет-ведьмы, и ощутил облегчение, увидев Поттера. Гарри предупреждал, что на дачу показаний против Лафкин Регулуса будет сопровождать аврор, и он тут же представил себе кислую мину Джона Долиша, при виде которого наверняка попрятались бы все феи в саду Зое. Но судьба была благосклонна: стажёру Поттеру доверили проводить Регулуса лично.
— Как тебе воздух свободы? — без предисловий пихнув его в бок, спросил Гарри, стоило им выйти из Мунго.