— Порт-ключ для медведя? — недоверчиво переспросил Гарри.
— А что? Зачаровал перо или ещё какую-нибудь мелочь, которая не бросится в глаза в кабинете, сунул в лапы медведю, и вперёд!
— А потом хищник весом под тонну, не обременённый интеллектом и поворотливостью, воспользовался обратным порт-ключом и ловко скрылся с места преступления.
— Почему же? Можно перенестись вместе с ручным медведем, — откровенно фантазировал Уизли, — натравить его, а потом забрать.
— К чему такие сложности? — хмыкнула Гермиона. Она встала и возбуждённо заходила из угла в угол, покусывая нижнюю губу. — И это не первое нападение зверя за месяц.
— Да, сначала был Гойл, — кивнул Гарри, пиная носком ботинка расшатанную дверцу шкафчика. — Выходит, Флетчер не лгал.
— Чертовщина какая-то, — заключил Рон, блаженно вдыхая аромат кофе. — Хотя некоторые считают, что Падди выполняет полезное дело.
— Падди? — переспросила Гермиона, повернувшись к нему.
— Это Корнер его так окрестил, — объяснил Гарри, пнув дверку так сильно, что та всё-таки захлопнулась. — Сначала он предложил кличку «Тедди», но я был против. Сошлись на Паддингтоне.
— Вы уже поняли, что общего между Гойлом и Пиритсом?
— Мы? Ты думаешь, нас спрашивают? — Рон ударил по коленям. — Я круглые сутки перебираю всякую ерунду, которую мне поручает разгребать мой куратор — Струглер, и попробуй возрази. Говорят, он будет выдвигаться на пост главы Аврората в следующем году. Есть все шансы. Его прапрадед изобрёл вредноскоп.
— Не знала, что ты увлёкся историей.
— Ха! Историей? Это я однажды на вкладыше от шоколадной лягушки прочёл. Я её на всю жизнь запомнил, потому что она мне изюмом в глаз плюнула. Во-от тако-ой синяк остался!
Друзья рассмеялись.
— Одно хорошо, — Рон снова захихикал, — Струглер гоняет меня за кофе в новое заведение, которое открылось на месте лавки Фортескью, а ты видела, какие там цены? Астрономические! Повезло, что я знаком с владельцем. Ого! Судя по твоему лицу, Гермиона, я наконец-то знаю что-то, чего не знаешь ты. Это Деннис Криви. Он взял помещение в аренду и открыл кофейню. Удивлена?
— Его отец, кажется, молочник, — пробормотала Гермиона, как-то разом сникнув.
— Кстати, насчет Фортескью. Слышал, он осел в Италии, — вставил Гарри, меняя тему.
— Возможно, Забини тоже сейчас там, — добавил Рон. — Блейза, дружка Малфоя, мы так и не поймали.
— Уполз.
— Я видела его портрет в холле среди подавшихся в бега, — сказала Гермиона. — Знаете что, мальчики, Забини та ещё заноза, но его не сравнить с Яксли или Флинтом. Эти двое куда опаснее.
— Или Петтигрю.
— Ничего, отыщем, — сказал Рон. — А ещё этот подозрительный тип в Лютном как назло только мешает.
— Подозрительный тип?
— Ну ты даёшь, Гермиона! Совсем в бумаги закопалась, раз до сих пор ничего не слышала, — произнёс Гарри. — У нас тут объявился загадочный «мститель», практически Робин Гуд для магов.
— Ага! Какой-то чокнутый орудует по ночам и распугивает уличный сброд, — зевнув, протянул Рон и тут же присосался к бодрящему напитку. — Иногда от него, правда, толк есть, — ещё глоток, — грабителей вон оглушил несколько дней назад. Их только в розыск объявили, а они уже связанные на улице лежат — мелкие сошки из шайки Скабиора. Нападали на волшебниц в переулке.
— Очевидцы говорят, что неизвестный одет во всё чёрное, появляется из ниоткуда и прячется в тени. Его лица никто не видел…
— Что ты думаешь об этом полоумном? — спросил Рон.
Гермиона посмотрела в сторону.
— Не суди книгу по обложке. Если он помогает, почему бы и нет…
— Если ему нечего скрывать, то чего прячется?
— Возможно, он обезображен.
— Ага, или у него выпирают зубы, — фыркнул Рон, скосив взгляд на Гермиону — видимо, вспомнил, что когда-то эта тема была для неё довольно болезненной. — Короче, мне он не нравится. Подозрительный тип.
— Просто волшебники не привыкли к комиксам, — констатировал Гарри. — Знаешь, эстетика супергероев, «с великой силой приходит великая ответственность», (1) и всё в таком духе…
— Неправда! — воскликнул Рон. — В детстве я обожал Луни Нонби! (2) У него был плащ из кожи дракона, который отражал даже Аваду! Не говоря уже о Мартине Миггсе. (3) Его выходки — просто умора!
— О да-а, — Гарри закатил глаза, — это же так увлекательно: маггл, который живёт по соседству с волшебниками и двадцать пять страниц пытается понять, почему его унитаз разговаривает, метла танцует, а часы идут не в ту сторону.
— По крайней мере, это было забавно! — заступился за героя своего детства Рон. — Я не позволю очернять мои подростковые воспоминания!
Гермиона прикрыла рот ладонью, чтобы сдержать смешок.
— Понятия не имела, что вы таки фанаты, мальчики.
— Фанатом был Дадли. У него на полке стояла целая коллекция. А что мне оставалось, когда Дурсли уезжали отдыхать?
— К тому же, — Рон потряс пальцем, — у Мартина Миггса была двухвостая собака, которая тащила в дом всякие волшебные вещи!
— Ага, и все считали, что у Миггса съехала крыша. Я тоже читал этот комикс, и, поверь мне, Рон, магглам нарисованное в нём не покажется смешным, — сказал Гарри.
— А что говорят остальные? — спросила Гермиона, почуяв надвигающуюся ссору на пустом месте. — Про этого вашего волшебника.
— Ты имеешь в виду авроров? — Гарри задумался, подбирая слова помягче.
— Многие не в восторге, — опередил его Рон. — А кто бы был? Какой-то ненормальный мешает выполнять работу. Он сорвал несколько операций.
— Имя-то у него хоть есть?
— Насколько я знаю, люди зовут его «Молчаливый».
— Он немой? — удивилась Гермиона.
— Понятия не имею, но его никто не слышал, — объяснил Рон. — Я бы назвал его «Безмолвным чудиком».
Гарри с Гермионой прыснули. Рон вошёл во вкус и принялся предлагать версии:
— «Чудила в чёрном»?
— «Одинокий шептун», — вставил Гарри сквозь хохот.
— Неплохо, — оценил Рон с искрой веселья в глазах и с видом мыслителя постучал по подбородку указательным пальцем. — А как вам такое: «Тихий подкрадец»?
— Классное название для какой-нибудь диковинной зверюшки из журнала Лавгудов!
— «Ужас на крыльях ночи»…
Они подбрасывали новые и новые идеи, покатываясь со смеху, и не заметили, как дверь каморки отворилась. Рон резко закашлялся и приосанился, выпучив глаза — сигнализируя друзьям остановиться.
— Всё шуточки шутим, Поттер?
Гарри поперхнулся воздухом, обернулся к главе Аврората и выпрямился по струнке. Сэвидж хмуро осмотрел «стажёрскую».
— Добрый день, сэр, — подала голос Гермиона, выглянув из-за спины друга.
— Здравствуйте, мисс Грейнджер. Рад снова видеть, жаль, что повод, приведший вас сюда, не из приятных.
— Это уж точно.
— Чем обязаны, сэр? — спросил Рон, запихивая пустую коробку от пиццы под стол.
— Хотел убедиться, что хозяйственный отдел обеспечил ваш кабинет окном, чтобы «стажёрская» не напоминала чулан для мётел.
— Прекрасная идея, сэр! Спасибо, — переглянувшись с Роном, Гарри улыбнулся.
— Раз уж вы спросили, у меня найдётся поручение для вас, Уизли. На седьмом уровне была замечена змея…
— Змея? А мы-то тут при чём? — опешил Рон. — Пусть этим как раз «хозяйственники» и занимаются или Мэгги из Архива. Она порой так злобно шипит, когда «магдоки» выдаёт… Вылитый змееуст!
— Привлекайте кого хотите, Уизли, но животное надо найти. Вижу, дело вас задело за живое, — Сэвидж усмехнулся. — Отчитаетесь о поимке лично перед президентом клуба игроков в плюй-камни. Сигнал поступил оттуда. К ним и так почти никто не заходит, а пока там ползает какая-то тварь, их часть коридора будут вовсе обходить стороной.
— Откуда могла взяться змея, сэр? — хмуро спросил Гарри. Память услужливо подкинула жуткий образ из прошлого: Нагини, скользящую по черновато-синему мрамору министерских коридоров.
— Предположу, что это питомец нерадивого сотрудника. Точно неизвестно. Отдел тайн от неё открестился. Впрочем, они не сознаются, даже если змея сбежала от них. У нас превыше всего бдительность, у них — секретность.