— Мудрее Ровены Равенкло.
— Мы могли бы попробовать, — смилостивилась Гермиона, выждав для приличия несколько секунд, и пожала его ладонь. — Впрочем, ты зря волновался. Спешу тебя успокоить, нашей странной дружбе ничего не угрожало.
— Считаешь, вела себя по-дружески? Ты сидела рядом со мной, как натянутая струна! Ты и сейчас такая же.
— Это потому что… мне холодно, — она пожалела о жалобе сразу же, потому что Регулус снял пальто и накинул ей на плечи. Теперь она вовсе окаменела. Зачем? Только что он сердился на неё. Она тоже злилась и даже не могла сформулировать причину своей злости.
— Лучше? — пробормотал Блэк.
— Да, спасибо, — она откликнулась ему в тон.
— Не за что.
Только тогда ей пришло в голову, что они могли бы обойтись простейшими согревающими чарами. Предательский румянец пополз по её щекам, стоило лишь глубоко вобрать носом воздух. Гермиона плотнее перехватила пальто за лацканы под горлом.
Рядом под кустарником что-то шевельнулось, мигнули блестящие глаза и по снегу скользнул чёрный хвост. Гермиона понятия не имела, что у Блэков живёт кошка и уже собралась спросить о ней, как вдруг, нарушив повисшее молчание, Регулус спросил:
— Тебе нравится здесь?
— Да! — живо откликнулась Гермиона. — Живописное место. Уверена, Андромеда превратит его в сказку.
— К сожалению, полностью оценить вид сейчас невозможно, но если вы посмотрите направо, мисс Грейнджер, то увидите развалины бенедиктинского аббатства… — он взглянул на неё и сморщил лоб. — Ты дрожишь. Хороший же из меня хозяин. Заморозил гостью до трясучки.
Разве она дрожала? Если и так, то уж точно не от холода. Наоборот, ей стало нестерпимо жарко. Гермиона смешно подёргала носом, кутаясь в пальто сильнее, и робко взглянула на Регулуса.
— Приглашение остаться на ужин ещё в силе?
Он посмотрел на неё так, словно ослышался, а затем искренне рассмеялся. Снег оседал на его волосах и таял, едва коснувшись лица, но на сей раз Гермиона не отвела взгляд, не боялась быть пойманной.
— О да! Не сомневайся. Ну что? Тогда идём в дом? — он предложил ей взять его под руку, что она и сделала.
— Пойдём, — уверенно сказала Гермиона.
Регулус был прав: они могли бы стать друзьями, хорошими и верными. Как она и Гарри. Надо приложить усилия, и всё получится. Она нашла решение. Со временем станет… спокойнее. Лучше.
Ужин прошёл в комфортной атмосфере. Андромеда снова говорила о саженцах, рассаде, волшебных кустарниках, миндальных деревьях, а иногда о парчовых карпах, которых мечтала развести в местном пруду. Тедди смиренно ел овощи, прижимая к себе плюшевого единорога для моральной поддержки. Регулус поддакивал кузине в нужных местах и отвлекал Тедди от варёной морковки, которую тот почему-то невзлюбил.
К тому времени, когда подошла очередь десерта, Кричер смирился с прочитанным и лично вынес хозяину перо и чернильницу.
— С этой минуты, Кричер, — торжественно объявил Регулус, приняв величественную позу, — тебе позволено в любой момент обратиться за свободой в Министерство магии, если ты посчитаешь, что я не могу сделать тебя счастливым домовиком.
Гермиона прыснула со смеху.
Она представляла, какие глазищи будут у Монтроуза завтра утром. Ему и кофе не понадобится, чтобы их открыть. Итого уже две чистокровные семьи (Блишвики, которых уговорила Урсула, и Блэки) поддержали её начинания.
— Спасибо за незабываемый вечер! — она проводила взглядом последние тарелки, отчалившие по воздуху в сторону кухни.
— А тебе — за приятную компанию, — улыбнулась миссис Тонкс. — Я утомила тебя описанием корней и клубней? Мерлин! Я слишком увлеклась.
— Ничего подобного! — поспешила успокоить её Гермиона. Весело рассмеявшись, она поставила на пролетающий поднос опустевшую чашку. — Стоит оседлать любимого конька, и меня тоже уже не остановить.
— Надеюсь, ты не откажешься воспользоваться нашим камином. Гарри всё стесняется. Можно подумать, мы используем звёздную пыль, а не летучий порох!
— Вообще-то я собиралась заглянуть в «Волшебный зверинец»…
— Уже так поздно, Гермиона.
— Неужели Усам срочно понадобилась когтеточка? — насмешливо поинтересовался Регулус.
— Глотику нужны витамины для шерсти, — призналась Гермиона. — По весне я могу собрать его волосы, разбросанные по квартире, и связать второго кота.
— Тогда я тебя провожу.
— Ой, нет, не надо…
— Правильно, Реджи! — поддержала кузена Андромеда. — Сейчас такое время, что даже в Косом переулке нельзя быть уверенным в том, кто идёт рядом. Разве ты не читала, какие ужасы пишут в «Пророке»?
Гермиона в который раз убедилась, что была права, решив не говорить о своём участии в инциденте на зеркальной фабрике. Скитер каким-то чудом не упомянула её имя в своей статье, посвящённой «Пожирателю смерти, получившему по заслугам». О Пиритсе вообще никто и словом добрым не обмолвился. Больше всего Гермиону волновала судьба тридцати четырёх домовиков, оставшихся без крова.
Она не стала спорить с миссис Тонкс. Если честно, ей не больно-то и хотелось. После того, как Кричер по собственной инициативе зачаровал её мантию от холода, Гермиона зачерпнула горсть летучего пороха и шагнула в остывающий камин.
— «Волшебный зверинец»!
Зелёный огненный вихрь взвился из-под ног, завертев её волчком, и со свистом понёс вверх. Мимо расплывчатыми пятнами проносились чужие каминные решётки, пока пламя не хлестнуло по глухой стене.
Гермиона споткнулась, но успела ухватиться за какой-то выступ. Раздался грохот, и кто-то с другой стороны выросшего перед ней препятствия виновато заохал.
— Ради Мерлина, простите, простите! Одну секундочку. Вингардиум Левиоса!
Стена взлетела в воздух и разделилась на блоки, оказавшиеся поставленными друг на друга коробками с кормом для тритонов.
— Вы целы, мисс? Не ушиблись? — продавец, не прекращая извиняться, помог Гермионе вылезти из очага. — Вот уж не думал, что кому-то придёт в голову воспользоваться моим камином. Вы первая за два месяца.
Гермиона с трудом протёрла глаза. Неужели чисткой каминов больше никто не занимался? О Мерлин! Отражение, пойманное ею в зеркальном аквариуме, заставило её поёжиться. Она вся вымазалась в саже!
Пламя за её спиной подпрыгнуло и с весёлым треском выплюнуло Блэка. Его вид её несколько утешил. Не одной ей ходить замарашкой.
Они ошарашенно переглянулись и оба прыснули со смеху. Продавец, пухлый волшебник с отвисшими щеками, до смешного напоминающий бассет-хаунда, тут же расслабился.
Сделав покупки, Гермиона покинула лавку. Дверной колокольчик звякнул за её спиной, когда Регулус, до сих пор улыбаясь, вышел за ней. Они кое-как очистили друг друга от сажи, но мантия Гермионы всё равно пострадала. Теперь в ней можно и к Хагриду — навоз за фестралами убирать.
— Уже не такая нарядная, — с сожалением отметил Блэк. — Обидно.
— Ерунда, — отмахнулась она. — В ней нет ничего особенного.
— Даже Кричер посчитал её красивой.
— Когда это? — в замешательстве спросила Гермиона.
Регулус подавил улыбку.
— Когда сказал, что ему не нужен позор на старости лет, поэтому он не пойдёт в ваше бюро — просить свободу у Гермионы Грейнджер, одетой в красивую мантию. Тебе идёт сиреневый цвет.
— А как же цвет сажи? Чем не писк моды.
— Согласен, но чёрный больше по моей части.
В Лондоне шёл дождь. Глядя на мерцающие уличные фонари, Гермиона раздумывала, стоит ли подождать под полосатым навесом «зверинца», когда ливень закончится, но Регулус решил за неё. Он прошептал заклинание, которое из-за шума льющейся с неба воды ей не удалось отчётливо расслышать, и превратил свою волшебную палочку в большой зонт с загнутой рукояткой.
— Вуаля! — когда Блэк раскрыл его, Гермиона полностью оказалась под чёрным шёлковым куполом.
— Ты собрался провожать меня до дома? Отсюда нельзя аппарировать.
Регулус пожал плечами.
— Что мне мешает? Я давно не выходил на пешую прогулку.
— Если ты боишься, что на меня, как в сказке, нападёт медведь… Я могу за себя постоять, я знаю, что такое война.