Гарри проглотил ворох слов, готовых сорваться с языка и пронзить спину лучшего друга. Он с мрачным видом переключил внимание на книжные полки. Названия книг ничего ему не говорили, но от взгляда Панси почему-то хотелось… отряхнуться.
«И чего тебе надо?»
Дверь распахнулась, и в комнату вошла женщина с капризными чертами лица. Левой рукой она прижимала к себе комнатную собачку, а в правой, щедро украшенной кольцами, держала мундштук. Одного взгляда на даму хватало, чтобы понять: вот она — родственная душа миссис Дурсль. Многочисленные бусы из стекляруса обвивали её шею и свисали вниз. Игра света превращала их в чешуйчатых змеек, шевелящихся на груди.
— Журналисты ещё не прибыли? — осведомилась она, требовательно воззрившись на Гарри.
Такого вопроса он точно не ожидал, поэтому растерянно воззрился на старшего аврора Дженкинс.
— Мы ещё не закончили осмотр, мэм. Пока здесь работают мои ребята, посторонним вход закрыт, — произнесла та с олимпийским спокойствием.
Аврор Струглер, показавшийся за спиной миссис Паркинсон, был мрачнее тучи. Ему «посчастливилось» допрашивать её наверху, ведь она отказалась спускаться вниз, сославшись на плохое самочувствие, но, видимо, передумала, надеясь вдоволь попричитать перед прессой.
Её пронзительный голос снова ударил по ушам:
— О Мерлин! Моя любимая лампа! — она прошествовала к осколкам на полу, глядя на них так, словно перед ней лежало тело возлюбленного.
— Она спасла мне жизнь, дорогая, — с придыханием сказал мистер Паркинсон. — Я уже дремал в кресле, когда услышал звон и проснулся. Медведь задел лампу, когда приближался ко мне. Он собирался меня убить.
— Её можно собрать, — сказала Дженкинс. — Попробуйте «Репаро».
— Нет! — отрезала миссис Паркинсон, всплеснув руками. — Это невозможно! Починенная, она ничего не стоит. Если бы моего супруга разодрало это ночное чудовище, вы бы тоже предложили его собрать?! Сшить?
— Мама, — сквозь зубы выдохнула Панси.
— Так наши доблестные защитники правопорядка пекутся о нашей безопасности, — волшебница села на диван рядом с мужем и опустила собачку на пол. — Я разочарована! Раньше наш дом был надёжно защищён чарами, но нас вынудили снять их. Для чего? Чтобы любой безумец или даже зверь мог пробраться ночью и покуситься на наши жизни? Ах! Напрасно я спустилась сюда. Моя голова… — миссис Паркинсон пошатнулась, прижав ладонь ко лбу. — Я не владею собой…
— Мы возьмём ваш дом под наблюдение, — произнесла Дженкинс всё тем же бесстрастным тоном.
Лицо неудавшейся «королевы драмы» разом переменилось, её талант притворщицы не был оценен.
— Я хочу, чтобы Аврорат выделил сотрудника, который бы дежурил у нас дома на постоянной основе, пока это жуткое создание не будет поймано.
Авроры сконфуженно переглянулись, а Гарри отчётливо представил раскрасневшееся лицо Сэвиджа, когда тот узнает о требовании миссис Паркинсон, и позволил себе улыбнуться, спрятав смешок за кашлем.
— Вы среагировали на звон разбитого стекла, мисс? — Дженкинс обратилась к Панси, как к самому адекватному представителю пострадавшего семейства.
Та глянула исподлобья.
— Нет, я услышала грохот упавшего шкафа, потом крик отца и сразу же поспешила в библиотеку.
— Где вы были в этот момент?
— В кабинете рядом.
— Так поздно?
— Мне не спалось, и я решила разобрать корреспонденцию.
Гарри удивился, что бывшая однокурсница вообще знала такое слово. Был ли он предвзят? Вероятно.
— Моя голубка, — проворковала миссис Паркинсон, потянувшись к дочери и потрепав её по руке, ну точно как домашнего питомца. — После визитов министерского проверяющего я тоже подолгу ворочаюсь в постели, если не приму снотворное зелье. До чего неприятный человек! Поэтому я вообще ничего не слышала — спала как сурок.
Дженкинс продолжила расспрашивать Панси:
— Что произошло после того, как вы ворвались в помещение?
— Папа лежал на полу, — Паркинсон бросила взгляд на отца. — Перепуганный до смерти. Здесь творился хаос, и косматое животное стояло на задних лапах… Я думала, оно бросится на меня!
— И тогда вы выстрелили?
— Да, но промахнулась.
Гарри покосился на подпаленные обои — чёрный круг в стене, который принялся изучать Струглер.
— Какое заклинание вы использовали? — спросил он, заставив всех присутствующих вздрогнуть от неожиданности.
Панси медленно моргнула.
— Что?
— Заклинание, мисс Паркинсон. Чем вы атаковали?
Она прикусила губу. Гарри мог поклясться, что слышит перестук шестерёнок, крутящихся в голове Паркинсон.
— Я не помню.
Гарри фыркнул.
— Я выкрикнула что-то на автомате! Этого хватило, чтобы тварь испугалась и ломанулась к окну. Этот зверь снёс раму и бросился в сад.
— Вы не видели, куда он делся? Куда побежал?
— У меня хватило ума не преследовать его, — со странной досадой произнесла Панси и отвернулась. — Отцу нужна была помощь.
— Где находились в это время ваши эльфы? — допытывалась Дженкинс.
— На кухне, полагаю, — ответила миссис Паркинсон. — Можете спросить их. У нас их двое. Бедняжки. Они наверное винят во всём себя.
— Хорошо, — сказала Дженкинс и обратила внимание на Гарри. — Всё сфотографировали?
— Так точно, мэм.
Аврор кивком указала Гарри на дверь.
— В таком случае, стажёр Поттер, доверяю опрос домовиков вам.
Гарри не терпелось выбраться отсюда, как и болонке, отчаянно виляющей хвостом возле двери.
— Поттер? — широко раскрытые глаза матери Панси с удивлением уставились на Гарри. — Тот самый? Надо же! Никогда бы не подумала, что герой магической Британии окажется таким неприметным. Вероятно, вы не испытываете к нам тёплых чувств, но мы не причастны к тем ужасным делам, которые приписывают наши неприятели. Вы должны помочь, повлиять на нужных людей. В конце концов, вы учились вместе с Панси. Мы были вынуждены оказывать поддержку «Тому-Кого-Можно-Называть»!
На последних слова мистер Паркинсон запустил пальцы в редеющие волосы и запричитал:
— Я знал, с самого начала знал, что мне придётся расплачиваться за грехи!
— Папа! — крикнула Панси, вскочив с места и бросившись его успокаивать.
Гарри воспользовался суматохой и выскользнул в коридор. Он прикинул, в какой стороне кухня, и зашагал в выбранном направлении, от нечего делать рассматривая стены, украшенные картинами с изображением многочисленной родни нынешних хозяев дома. Собака, весело виляя хвостом, семенила перед Гарри. Наконец он повернул круглую ручку, похожую на шляпку гриба, и оказался сражён горячим влажным воздухом, какой бывает, если горе-хозяйка забыла снять чайник или передержала бельё в сушилке.
— Есть тут кто-нибудь? — громко спросил Гарри.
Раздался грохот кастрюль, и из клубов пара показалась отчаянно хлюпающая носом домовиха.
— Брюква к вашим услугам, сэр.
— И Вафля! — второй домовик с треском материализовался рядом. У него были покрасневшие глаза, подбородок дрожал. Видать, оба домовика только что роняли горючие слёзы.
— С вашим хозяином всё в порядке, — Гарри решил сходу успокоить несчастных слуг. — Жив, здоров, правда… немножко в шоке.
Глаза Брюквы увлажнились.
— Мы плохо о нём заботились, поэтому хозяин попал в беду. Он мог погибнуть, потому что Брюква — ленивый эльф.
— Ленивый? — Гарри не представлял, как должен выглядеть эльф, отлынивающий от работы. Это что-то из разряда фантастики.
— Конечно! — с неожиданной злостью взвизгнула домовиха. — Обычно Брюква делает обход и проверяет все щеколды дважды, но вчера — только один раз! Брюква намазала крем на пятки хозяйки и пошла спать!
— Вот поэтому хозяин недоволен, поэтому хочет выгнать нас, — прохныкал Вафля.
Не таких откровений ждал Гарри, когда спускался сюда, чтобы задать пару-тройку рутинных вопросов. С горем пополам ему удалось добиться от эльфов подробностей. Никто их, разумеется, гнать не собирался, просто Паркинсонов навещал кто-то из Б.Р.Д.Э. и, по-видимому, вдохновил отца семейства на акт доброй воли. Совесть у мистера Паркинсона была явно не в порядке. Кому же он так насолил? У него не было Чёрной метки, он ни разу не засветился на рейдах, его имя едва ли всплывало в показаниях Пожирателей смерти. Он обвинялся в финансировании режима Волдеморта, это так, да. Означало ли это, что Гринграссы, Фоули и ряд других волшебных семей тоже под угрозой? Раньше Падди нападал только на отставных Пожирателей. Сердце Гарри пропустило удар и снова пошло. Блэк. Зачем он вернулся так не вовремя? Неужели из-за него Андромеду и Тедди ожидала беда?