Регулус повернул голову к окну, не выпуская шпильку из рук, пробуя острый кончик на ощупь подушечкой большого пальца. Время давно перевалило за полночь, значит, уже четверг. Ещё несколько дней. Или сделать всё сейчас? Уничтожить безделушку и поставить точку.
Чёрный кот запрыгнул на стол, смахивая оставшиеся бумаги. Нуар недовольно посмотрел на Регулуса.
— Что? — проговорил тот, убирая заколку обратно в карман. — Из-за чего ты сердишься на сей раз?
Следом за пергаментом и вырезками на пол полетел стакан Забини. Регулус успел перехватить бутылку у самого края стола и возмущённо зыркнул на кота. Нуар не выглядел виноватым.
— Не нравится, да? Валяться негде? Места в доме мало? Сейчас уберу.
Удовлетворив все капризы своевольного кота, Регулус остановился перед книжными полками. Спать не хотелось — волшебный огонь напитка бурлил в крови.
— Надо принести свечи. Побольше свечей, — заключил Регулус. — У нас есть работа.
========== Глава 32 — Друг ==========
2 марта
Он не ожидал, что так соскучится по книгам, по поиску, по сбору крох информации в куче источников. Регулус был из числа студентов, которых мадам Пинс выставляла из школьной библиотеки за пару минут до закрытия. Исследовать, сравнивать и узнавать что-то новое, а потом наконец находить искомое… это особенное чувство.
У Поллукса Блэка скопилось много любопытной литературы. Дед не скупился, тратя золото на редкие рукописи волшебников прошлого. Тёмная магия его не останавливала, если дело того стоило. Увы, Люциус Малфой похозяйничал здесь раньше, и самые ценные экземпляры теперь пополняли его коллекцию, но даже с учётом малфоевского изъятия Регулус недооценил фронт работ. Уже рассвело, свечи превратились в восковые кляксы, а Нуар отправился в парк к водоёму, где навострился выхватывать лапой мальков, жмущихся к бортику.
Кричер вошёл в библиотеку и неодобрительно покосился на горы книг на полу и столе, раздумывая, куда поставить поднос с едой.
— Только кофе, — откликнулся Регулус, стоя на роликовой лестнице так, чтобы иметь доступ к верхней полке шкафа.
Кричер засопел.
— Не готовишь — ворчат, что не кормишь, принесёшь — просят только кофе.
— Кричер, если тебе тяжело, ты только скажи, — Регулус оторвался от книги и с наигранным участием посмотрел на слугу, — я найму тебе помощника.
Разумеется, домовик принял предложение за чистую монету.
— Эльфа, работающего за зарплату в родовом гнезде Блэков? Ноги его не будет в этом доме!
Регулус умывал руки. Переубеждать бесполезно.
— Кофе.
— Как прикажете, хозяин. Сейчас принесу ваш кофе, хозяин, — слащаво пропищал Кричер, зашаркав к порогу, и уже оттуда добавил: — Всю ночь глаза книжками портил и всё не угомонится…
Регулус поставил талмуд на место и примерился к следующему. Пока что он узнал восемь способов проклясть спящего, три новых заклинания для создания иллюзии, что-то, похожее на заговор от завистников, и чары для изменения цвета бровей. Ничего о снятии магического барьера. На глаза попался дневник Бельвины Блэк. О ней в семье упоминали редко. Её муженёк попался на скупке перьев птицы-гром. Ему грозил Азкабан, но все доказательства внезапно пропали из взятого под охрану дома.
— А это уже что-то, — Регулус ощутил прилив воодушевления. Он перелистнул несколько страниц. Писала прабабка увлекательно — читалось, как роман контрабандистки.
Регулус услышал робкие шаги со стороны дверей. Кричер никуда не торопился.
— Тебя только за смертью посылать. Кофе наверняка остыл, пока ты его нёс. Знаешь, я всё-таки задумаюсь о помощнике.
— Кофе разогреешь сам, — Гермиона громко поставила бокал на стол. — Ты же волшебник.
От неожиданности Регулус выронил книгу, а потом, попытавшись схватить её в воздухе, чуть не въехал головой в край полки. Он уставился на девушку, без предупреждения вторгшуюся на его территорию. Перед ним предстало видение в голубом: небесного цвета платье идеально сидело на Гермионе в области талии, очерчивало грудь и тёмно-синими лентами уходило к плечам, скрытыми под пиджаком. Длинные волосы были собраны сзади в пучок, но отдельные локонами спускались у лица, касаясь шеи.
Что она здесь делает? Чей на ней пиджак?!
— Кричер подсказал мне, где тебя найти.
— И перекинул на тебя свою работу, — опомнился Блэк, спустившись с лестницы и подняв дневник прабабки.
— Ваш кофе, мистер Блэк, — пододвинув к нему бокал, напомнила Гермиона. Она не сводила с него глаз, и он почувствовал себя крайне неуютно. Одним присутствием она подтачивала порядок, который он навёл с огромнейшим трудом. Порядок в душе, в мыслях, в чувствах.
— Не припоминаю, чтобы нанимал вас в помощницы на кухню, мисс Грейнджер.
Гермиона хлопнула ладонью по столешнице и шагнула ему навстречу.
— Я не виновата в том, что случилось с Малфоями! — выпалила она.
— Я знаю, — Регулус взял бокал и спокойно сделал глоток. — Да, кофе остыл.
— Тогда почему я до сих пор не получила от тебя сову с извинениями? Не говоря уже о том, что неплохо было бы показаться самому на пороге моей квартиры и попросить прощения лично, — она шлёпнула его по плечу и вдруг замерла, поднеся ладонь ко рту. — Те цветы были от тебя?
— Что? — он напрягся. — Какие цветы?
— Крокусы.
— Я не посылал никак…
— Неважно. Как давно ты понял, что я не имею к Малфоям отношения?
— Всего два дня прошло! Естественно, недавно. Не сказать, чтобы я всерьёз подозревал тебя, но совпадения редко бывают случайными.
Гермиона снова пихнула его в плечо.
— Мерзавец. Нет. Ты чудовище!
— Поттер был лаконичнее, — признал Регулус, перехватив её запястье, когда она вознамерилась ударить его в третий раз. — Ты явилась сюда в такую рань, чтобы преподать мне урок морали, Гермиона? Я прошу прощения от всего слизеринского сердца. Если это поможет, я готов явиться в Министерство и принести извинения при всех.
Она дёрнулась и приподняла подбородок в знак протеста, а после заговорщическим шёпотом сообщила:
— Я пришла помириться, не хотела терять друга в твоём лице. Ты тоже?
Он вдруг обнаружил, что не может дышать.
— Приятно слышать. Да, я тоже.
— Сейчас я жалею, что поторопилась.
— Неужели? — Регулус усмехнулся. — Ты не можешь долго сердиться на меня.
— Всего два дня прошло! — передразнила она. — Естественно, пока могу!
— Что ж, — Регулус поймал её взгляд. — Мне очень жаль, что я вёл себя как последний кретин. Я вовсе не думаю то, что сказал тогда. Ты права.
— Это уж точно.
Видимо, её чувство гордости было сильно задето и не успело зализать раны, потому что Гермиона выглядела так, словно вышла на тропу войны.
— Я только и думал о нашей ссоре.
Она прищурилась.
— Это правда, — глубоким чувственным голосом сказал Регулус. По тому, как расслабились её плечи, он уже смекнул, что прощение у него в кармане. — Чудесно выглядишь. И твои волосы…
— Что с моими волосами? — нахмурилась Гермиона.