Он взлетел вверх, его свет лизнул по стенам и потолку, выхватив невысокую фигуру посреди лестницы. Неужели этот тщедушный волшебник, скрывающийся в тени верхней площадки, и есть жуткий убийца-анимаг? По крайней мере, он был вооружён и направлял палочку прямо на Регулуса.
— Где они?
Убийца молчал, лишь наблюдал, держась на расстоянии. Регулус надеялся, что Блейзу хватит ума не трогать его, пока тот не скажет, где держит Андромеду и Тедди.
Всего этого не должно было случиться. Нельзя было возвращаться в страну… о чём он только, чёрт побери, думал?
Убийца указал на палочку в руке Блэка.
— Я понял, — Регулус положил её на пол и оттолкнул от себя ногой. — Что дальше? Кто ты? Только не говорите, что это вы, господин аврор. Я буду разочарован.
В следующее мгновение волшебник перед ним вскинул палочку и ударил. Заклинание угодило Регулусу в грудь. Он ожидал чего-то подобного. По телу в одночасье разлился сковывающий мышцы холод. Начало клонить набок. Ноги казались ватными, ненадёжными. Только бы Блейз не торопился себя раскрыть…
Вестибюль Малфой-мэнора поплыл перед глазами, но всё же Регулус услышал, как убийца произнёс:
— Гоменум Ревелио. (2)
В тусклом свете Люмоса по пыльному полу пронеслась золотая нить заклинания, а следом за ней молниеносно в том же направлении полетел Ступефай. Раздался звук падения. Стоя на коленях, Регулус из последних сил повернул голову и увидел лежащего на пыльном паркете Забини. Регулус попытался сфокусировать взгляд на Блейзе — тот был без сознания. Мантия сползла с него при падении, открыв взору голову и левую руку.
Но как?! Чем они себя выдали?
Регулус больше не мог держать глаза открытыми. На этот раз он действительно влип.
Комментарий к Глава 34 — Регулус
1) Ястреб, пролетающий над плечом, — плохая примета, вестник неприятностей.
2) Гоменум Ревелио — чары обнаружения человека.
========== Глава 35 — Стажёр Поттер ==========
3 марта
Гермиона… суетилась. В её кабинете всё было перевёрнуто вверх дном, летало, дымилось и плевалось. Гарри чудом увернулся от волшебного пера, которое спикировало на него с потолка. Волосы подруги выглядели так, словно её хорошенько приложило током.
— Здесь что-то произошло? — встревоженно спросил Гарри у передвигающегося по стеночке рядом Джима.
— Она с утра такая! Воздух искрит даже в коридоре, — Тилни не стал дольше задерживаться и шмыгнул в ближайшую дверь.
В тот же миг Гермиона оторвала тяжёлый взгляд от пергамента и выжидательно воззрилась на Гарри. Ему казалось, что она готова бросить любого, кто сейчас откроет рот, под волшебный автобус.
— У меня плохие новости, — сообщил он, зайдя в кабинет и прикрыв за собой дверь.
Гермиона тягуче выдохнула. Вместе с ней, казалось, перевели дыхание все предметы в комнате: всё замерло и улеглось. В углу мерно принялся отстукивать секунды старый маятник.
— Рон подал заявление об отчислении! — выпалил Гарри, посчитав, что удачнее времени не будет.
— Не может быть!
Он и сам до конца не верил.
— Я узнал на сегодняшней планёрке, — несколько сконфуженно произнёс Гарри. — Рон вышел от Сэвиджа и попытался проскользнуть мимо меня, но не тут-то было. Я на него нажал.
— Но почему? Почему Рон так поступил? — спросила Гермиона, наконец-то снова обретя способность говорить. — Это моя вина, да? Всё так обернулось из-за моих слов о Джордже? Это его надломило, — она спрятала лицо в ладонях. — Я знала, что Рону нельзя ничего говорить, столько месяцев несла в себе эту тайну… Она меня разрушала, — Гермиона резко посмотрела на Гарри, — а ведь я всё равно не рассказала всей правды.
— Рон часто рубит сгоряча, ты уж точно ни при чём, Гермиона. Давай признаем, ему не нравилось в академии с самого начала. Он поступил сюда, потому что так хотел я. Я его уговорил. Он вроде пообвык, но его толкали вперёд отнюдь не те эмоции, которые… нужны аврору, — сказал Гарри, задушив в себе угрызения совести. — Он хотел отомстить за смерть брата, Ремуса, Грюма, за тех, кого мы не уберегли в тот год. После твоего признания что-то в нём действительно сломалось, но это не плохо, скорее уж хорошо.
И чувствуя, что терять больше нечего, Гарри добавил:
— Рон пригласил на свидание Лаванду.
Гермиона онемела под грузом свалившейся информации.
— Сказал, что он хочет изменить свою жизнь, — продолжил Гарри, — а с Лавандой они встретились, когда он сопровождал твою подругу к Браунам. Они очень мило побеседовали. Рон долго не решался её пригласить.
— Наверное, всё дело в собаке, — после долгой паузы промолвила Гермиона. — Собаки меняют людей.
— Угу, — сказал Гарри. — А ты как? Помирилась с Блэком, как собиралась?
— Вообще-то я собиралась устроить ему трёпку, но да, мы помирились. С высокой долей вероятности я ему небезразлична!
— О! — воодушевился Гарри. — Он так и сказал? Ты знаешь, я тоже решил рискнуть — хочу увидеться с Джинни перед её отъездом на очередные сборы…
— Нет, он чётко дал понять, что меня не любит, — отрезала Гермиона.
— А-а… Ясно, — приуныл Гарри.
— И он мне солгал. Снова! Двуликий Янус! И свой сочувственный тон он может держать при себе, — Гермиона зачастила руками в воздухе. — Я уверена. Он сказал это, снова сказал… Честно говоря! Опять! Я пытаюсь понять, почему. Я не выдаю желаемое за действительное, Гарри!
Поттер точно знал, как чувствуешь себя, когда тебе не верят.
— Гермиона, ты единственный человек в мире, способный вывести Регулуса на чистую воду.
Она хмыкнула.
— Воду… Где-то там, под её толщей, скрыто его сердце, и до него, боюсь, не добраться — слишком глубоко. Может, на Регулусе семейное проклятие? Или Делакуры его шантажируют? Или он болен и скрывает это? Или Кричер настраивает его против меня?
— Это вряд ли, — хохотнул Гарри и тут же постарался скрыть смешок за кашлем. Безуспешно.
— Не смешно. В любом случае, я не намерена оплакивать своё разбитое сердце и слушать песни о слезинке на ладони в исполнении Roxette. (1) Я должна во всём разобраться.
— И ты это сделаешь, а пока не обязательно превращаться в Злую Ведьму Запада. (2) Вы с Блэком друг друга стоите.
— Мне бы отвлечься, — жалобно сказала Гермиона.
— Хочешь, посмотрим вместе список зарегистрированных анимагов? — предложил Гарри таким тоном, точно звал подругу в кино, а не нарушал правила о привлечении сторонних лиц к делу.
Гермиона просияла.
— Пойдём, копия у нас в каморке!
— Ты чудо!
В стажёрской было пусто без Рона. Он забрал свои вещи, снял счастливый постер с «Пушками Педдл» и забрал треснутый проявитель врагов, чтобы разобрать его на детали для магазинчика Уизли. Гарри порылся в ящике и достал пергамент, который правдами и неправдами раздобыл у начальства.
Гермиона заняла то же кресло, что и в прошлый раз, когда была здесь.
— А где Майкл? — спросила она, с опаской поглядывая на уродливое существо на подоконнике — помесь тритона и голого землекопа.
— Сам бы хотел знать, — прокряхтел Гарри, случайно опрокинув коробку свеженьких «макдоков» под опись. — Притащил сюда монстра, а кормить его приходится мне.
— А кто это?
— Без понятия. Изъяли у колдуна, ставившего эксперименты над животными. Мы «это» и невыразимцам показывали. Они сначала заинтересовались, а потом сказали: забирайте ваше пугало назад, дескать, оно недостаточно волшебное, но хотя бы безвредное, в отличие от змеи, которую Рон так и не нашёл. Вот, — Гарри передал Гермионе свиток и облокотился локтями на спинку кресла, чтобы тоже иметь к нему доступ.
— Тут всего семь имён! — воскликнула она.
— А ты как хотела? Законопослушных анимагов немного.
Гермиона недовольно поджала губы.
— Минерва МакГонагалл, — прочитал Гарри с гордостью. — Анимагическая форма: кошка. Стаж превращений… ого!
— Ага. Адриан Татли. Песчанка.
— Мелкий грызун, — припечатал Гарри.
— Урсула Лафкин. Белоглазка, — произнесла Гермиона и замолчала на несколько секунд. — А мне даже не сказала, что она анимаг.
— Я бы тоже не сказал, если бы превращался в рыбёшку, — заступился Гарри. — Это же трагедия! Ты столько тренируешься и учишься, чтобы стать анимагом, а в итоге превращаешься в десятидюймовую линейку с жабрами.