По крайней мере, мне удалось увидеть Алистера и поговорить с ним. Не то чтобы это была приятная встреча, скорее, наоборот – тяжёлая, полная горечи и разочарования. Но теперь я знала, что произошло той ночью, и брат ответит за свой поступок. Он пообещал сдаться полиции, как только закончится наказание Ника. Это было его решение, и я хоть и с трудом, но приняла его.
Однако, что касается Николаса… на этом фронте всё было куда сложнее. Я до сих пор не имела ни малейшего представления, вернулся ли он в Вегас. Его люди хранили молчание, а сам Ник не появлялся в доме. Глупая часть меня, всё ещё надеялась, что Картер остынет, что мы сядем, как цивилизованные люди, и всё обсудим. Но с каждой минутой эта надежда таяла. Наш контракт скоро подойдёт к концу, и мы разойдёмся как в море корабли. Каждый своей дорогой.
Ведь именно этого я хочу… да?
– И как он тебя не отослал ещё? – лёгкий, мелодичный смешок вырвал меня из пучины размышлений, грубо вернув в реальность. Сердце тревожно ёкнуло, подпрыгнув к горлу.
«Кто это?» – вопрос эхом отозвался в голове, смешиваясь с неприятным предчувствием, что ничего хорошего ждать не стоит. Я настолько глубоко погрузилась в свои мысли, что даже не заметила, как дошла до кухни. Сделав глубокий вдох, я резко распахнула дверь и застыла на пороге.
За столом сидела незнакомая девушка. Светлые волосы, водопадом струящиеся по спине, обтягивающие чёрные штаны, подчёркивающие изгибы её фигуры, и простая футболка. На стуле небрежно висела кожаная куртка. Она разговаривала по телефону, изредка делая глоток из чашки с дымящимся кофе, и выглядела при этом так… непринуждённо и уверенно, так по-хозяйски, словно жила здесь уже не один день, и это было её место, её законная территория. Эта картина резанула по нервам, вызвав острый, почти физический укол ревности, который пронзил меня насквозь, отравляя каждую клеточку моего тела.
«Она любовница Ника?» – мысль эта была как пощёчина, жгучая и унизительная. – «И зачем он привёл её сюда? Чтобы держать всех под рукой, чтобы в любой момент…» – я стиснула зубы, едва сдерживая ярость. – «Он, чёрт возьми, серьёзно решил собрать гарем?»
Воображение услужливо рисовало самые отвратительные картины, подпитывая и без того бушующую ревность. Горло сдавило спазмом, дышать стало трудно. Ярость, словно раскалённая лава, поднималась всё выше, грозясь извергнуться. Я не выдержала. Слова, пропитанные ядом, сорвались с губ сами собой:
– А ты ещё кто такая?
Дальнейшее произошло как в замедленной съёмке. Я видела, как незнакомка резко дёрнулась, её голова метнулась в мою сторону, а глаза, расширенные от удивления, на мгновение встретились с моими. В этом коротком взгляде промелькнуло что-то непонятное – страх? Злость? Затем её рука молниеносным движением метнулась к поясу, где в специальном поясе покоился нож. Холодный блеск стали резанул по глазам… В тот момент я поняла, что сейчас произойдёт что-то ужасное, но тело оцепенело, не в силах ни двинуться, ни закричать. Нож пронёсся по воздуху с тихим свистом, оставляя за собой фантомный след, и вонзился мне в левую руку, чуть ниже плеча. Мир взорвался жгучей, пульсирующей болью, словно раскалённый прут пронзил мою плоть.
– Аргх, чёрт! – выкрикнула я, невольно сгибаясь пополам и хватаясь за рану правой рукой. Между пальцев хлынула кровь, ярко-алая, она каплями падала на светлый мраморный пол.
На мой крик мгновенно отреагировали люди Николаса. В дверях кухни столпились охранники, нахмуренные, с напряжёнными лицами. Оценив ситуацию, двое из них тут же направили оружие на незнакомку, их пальцы легли на спусковые крючки. Остальные замерли, готовые в любой момент броситься на защиту. Даже встревоженная Анна, бледная как полотно, застыла на мгновение, прежде чем метнуться ко мне. Впрочем, незнакомка и не думала сопротивляться – она стояла, пошатываясь, с широко раскрытыми глазами.
– Мисс Гриффин! – Анна, наконец, подбежала ко мне, её лицо исказилось от ужаса. – Боже мой! Что… что случилось?! – Она бросила испуганный взгляд на мою окровавленную руку, затем на нож на полу, и, словно спохватившись, кинулась к навесному шкафчику, где хранилась аптечка. Несмотря на шок, движения Анны были быстрыми и точными, как у опытной медсестры.
– Оцепите территорию! Посторонних не впускать и не выпускать! – рявкнул один из охранников, не отводя взгляда с незнакомки.
Девушка вздрогнула и нервно сглотнула, её глаза метались по комнате, ища пути к отступлению. Она облизнула пересохшие губы, открыла рот, пытаясь что-то сказать, но из горла вырвался лишь сдавленный хрип.
Именно в этот момент в комнату зашёл Николас. Его лицо было непроницаемым, но в глубине тёмных глаз на долю секунды мелькнуло что-то похожее на… беспокойство? Быстро окинув взглядом кухню, оценивая обстановку, он заметил меня, сжимающую окровавленную руку, и кровь на полу. Его лицо исказила гримаса ярости, ноздри раздулись, и он стремительно бросился ко мне.