Логичным было бы начать с извинений, но Грей, как истинный мужчина, не смог начать с этого, а потому хрипло произнес:
— Я обо всем подумал. — Дженнифер ничего не ответила и, потупив взор, принялась с интересом рассматривать красивые серебряные застежки на своих туфлях. — Несколько дней назад, — нерешительно продолжил он, — я обещал научить вас ездить верхом. Может, сегодня же и начнем? — Она посмотрела на него огромными глазами. — Пожалуйста, — добавил он.
Дженнифер была ошеломлена. Она никогда прежде не слышала, чтобы Грей о чем-нибудь просил. Видимо, это и есть извинение.
— Хо… хорошо, — запинаясь, ответила она.
Его суровое лицо смягчилось.
— Что ж, переоденьтесь в костюм для верховой езды и приходите на конюшню. Я подберу вам лошадь.
Резко повернувшись, он вышел из гостиной.
Чуть позже Грей помог ей взобраться на лошадь, показал, как правильно сидеть в дамском седле. Пересилив отвращение от его прикосновений, она постаралась полностью сосредоточить внимание на том, что он говорил.
Потом он начал водить послушную серую кобылку по кругу. После нескольких замечаний, таких, как «Сидите прямо», «Не дергайте за поводья, черт возьми…», она почувствовала себя увереннее. Спустя какое-то время Грей заставил ее проехаться по лугу под его наблюдением.
Она прирожденная наездница, понял он. Хорошая осанка — это, несомненно, школа Кэтрин, — верные руки я спокойный голос. Маленькая кобылка, казалось, доверяет своей наезднице. Когда же Дженнифер повернула лошадь обратно и он увидел на ее лице открытую счастливую улыбку, у него отлегло от сердца.
Какая же она красавица!
Теперь он словно прозрел. На ней была ярко-красная амазонка из грубой шерсти с примесью шелка, с отдельным корсажем, высоким воротником поверх жилета и длинными рукавами. Из-под черной треугольной шляпы с пером выбивались ее янтарные волосы. Наряд был ей к лицу, даже, несмотря на то что не шел ни в какое сравнение с декольтированными платьями. Лицо ее разрумянилось, на губах играла такая улыбка, которой он прежде не видел.
Пожалуй, надо сделать все, чтобы она как можно чаше улыбалась, решил Грей.
Объехав лужок, Дженнифер вернулась к нему, чтобы выслушать его мнение.
— Очень хорошо, — кивнул он, стараясь ничем не выказать своих эмоций. — Через месяц будете ездить так, будто родились в седле.
Грей не сделал ей как женщине ни одного комплимента, впрочем, его взгляд был красноречивее всяких слов.
В конце недели она с мужем отправилась на верховую прогулку по лесу. Грей ехал на своем гнедом жеребце, а она легким галопом шла рядом с ним на смирной серой лошадке. Несмотря на то что прошла уже неделя и Грей вел себя пристойно, она никак не могла забыть ту ужасную ночь, когда он овладел ею.
— Вы что-то очень молчаливы, — заметил Грей как бы, между прочим.
Странно, что после стольких лет, проведенных ею среди очень шумных людей, именно ему приходится стараться как-то разговорить ее. А ведь еще неделю назад он воспрепятствовал бы любой попытке завязать беседу. Правда, тогда он еще не сетовал на свою распущенность.
— Я думаю, — ответила она.
— Не мучайте себя так, — посоветовал он, взглянув ей в лицо. — У вас все хорошо получается.
Встретив взгляд его серых глаз, Дженнифер быстро отвернулась.
Грей вздохнул, осознав тщетность своих попыток узнать ту, на которой он женился. Впрочем, все вполне объяснимо, он заслужил такое отношение.
— А вам нравится Грейхевен? — все-таки спросил он, стараясь поддержать разговор!
— Он красив.
Казалось, больше двух слов от нее невозможно добиться. Грей снова вздохнул, ломая голову в поисках других тем для разговора.
— Вы прекрасно подходите к жизни в обществе, — решился он, наконец. — Я… поражен вашими способностями.
Только высказав свое мнение, он понял, как покровительственно оно звучит. Но по крайней мере это вынудит ее ответить. Дженнифер подняла голову, встретилась с ним взглядом, и ее зеленые глаза сразу же потемнели.
— В самом деле?
— Да, конечно, — ответил Грей, пытаясь исправить положение. — Это просто замечательно, что женщина учится с таким желанием, особенно если она… — Он вдруг осекся, осознав, что обидит ее теми словами, которые вот-вот сорвутся у него с языка. — С вашими… ограниченными возможностями. Это…
— Другими словами, — подвела итог Дженнифер, и ее глаза холодно сверкнули, — я вовсе не такая безнадежная, слабоумная идиотка, как вы считали раньше.