Грей словно остолбенел. Ему следовало бы отвернуться, но он не мог, пусть даже от этого зависела вся его жизнь. Его взгляд был прикован к ней, когда она ступала в тихие воды Джеймса, словно Венера, спешащая в свою раковину. Вот она полностью погрузилась в воду и скрылась.
Но уже через мгновение снова показалась на поверхности и некоторое время радостно плескалась в воде. Наконец она нащупала дно и посмотрела в сторону дома. И тотчас, увидев Грея, вскрикнула от неожиданности.
Дженнифер не видела его лица, но по всему было видно, что он с жадностью наблюдает за ней, взгляд его прикован к ее телу. Тем более что он невольно шагнул вперед. Дженнифер хотела было нырнуть, чтобы прикрыть свою наготу, но не смогла и пальцем шевельнуть. Теперь уже она не отрываясь смотрела на него, а он быстро сбрасывал с себя одежду. Грей был заметно возбужден, но она поборола свой испуг — ее влекли его красота и мужественность.
Медленно войдя в воду, Грей остановился так близко от нее, что она ощутила его дыхание.
Глазами, полными тревоги, она смотрела на него в упор и видела его страстное желание. Да, он хочет ее, его влечет к ней против воли.
Обняв ее, он прильнул к ней поцелуем и ощутил вкус речной воды у нее на губах.
Обхватив его за шею, она возвратила поцелуй, приоткрыв губы и ощутив его язык.
Вокруг плескалась вода, волны лизали их плоть, а они стремились к близости.
Нарушив тишину, Грей хрипло сказал:
— Я не хочу повторения…
Дженнифер заморгала, на глаза ее навернулись слезы.
— Я… я не понимаю, — прошептала она.
— Тогда я причинил вам боль, — ответил Грей, — воспользовался вами. Клянусь, я никогда больше не сделаю этого.
— Я думала…
Дженнифер замолкла, осознан тщетность своих надежд. На какой-то миг она решила, что он хочет ее, а не Диану, не ее память. На какой-то краткий миг она возомнила, что между ними нет препятствий.
Эти мысли ясно отразились на ее лице, и Грей на мгновение возненавидел себя. Он страстно хотел ее, не стоило и отрицать этого. Но Дженнифер хотела большего, ей не нужен просто секс. Как все молодые девушки, она жаждала любви, а он не в силах был подарить ей настоящую любовь.
Нет, надо немедленно разрушить ее надежды.
— Я вас не хочу, — сказал он. — После того случая вы сами должны бы были понять. Ведь я могу иметь практически любую женщину колонии.
Что-то в его словах показалось ей странным. Дженнифер подняла глаза и вгляделась в его лицо. Он смотрел на ее соски, которые выглядывали сквозь пряди ее мокрых волос. Она чуть улыбнулась, впервые ощутив свою женскую власть над ним.
Нет, он хотел ее и не мог скрыть своего желания.
— Вы говорите неправду, — уверенно произнесла она. — На самом деле вы хотите меня, но не хотите хотеть. Посмотрите, Грей.
Она подняла руки, волосы теперь не мешали видеть ее во всей красе.
— Вы хотите меня, а не Диану. Я не Диана.
Грей судорожно сглотнул и, будто его влекла неодолимая сила, шагнул ей навстречу. Она вздрогнула от радости, когда он наклонился и прошептал ей на ухо:
— Дженнифер…
— Да, — отозвалась она.
— Идите ко всем чертям!
Дженнифер долго еще потом стояла на берегу реки в оцепенении, с обидой глядя ему вслед, а он, мокрый и потерянный, шел к дому с одеждой в руках.
Глава 12
На следующий день они вновь поехали на прогулку, но ни словом не обмолвились о вчерашнем. Просто Дженнифер не хватало смелости спросить, а Грей не заводил разговор об этом. Никто из них не хотел нарушать хрупкое равновесие в отношениях, упоминая о неприятных моментах.
Ежедневные прогулки верхом вошли в привычку, и оба с нетерпением их ждали, хотя скорее умерли бы, чем признались друг другу в этом. Дженнифер нравилось бывать вместе с мужем, нравилось сознавать, что он принимает ее за реальную персону, с ее мыслями и чувствами, и иногда проявляет определенный интерес. В тот первый ее день в Грейхевене, когда он с презрением смотрел на нее, она вряд ли могла мечтать о том, что когда-нибудь наступит день, и муж увидит в ней человека.
Странно, что Грей начал проявлять к ней интерес только после той ужасной ночи, когда овладел ею. Впрочем, ее первое впечатление было верным — он просто мучился угрызениями совести. Других объяснений резкой перемены его поведения не было. Теперь они разговаривали на светские темы о погоде или о лошадях. Правда, Дженнифер все еще мечтала о разговоре с мужем по душам, но не знала, как подступиться к нему.
Жара все не прекращалась. На голубом, подернутом дымкой небе не было ни облачка, и только ветви дубов и кленов спасали всадников от солнца. Серая в яблоках кобылка мирно шла рысью рядом с жеребцом. Дженнифер ездила теперь совершенно свободно, чем страшно гордился Грей, хотя и тщательно старался скрыть это. Сорнячок, который он сорвал возле таверны, превращался в цветок так быстро и без особых на то усилий, что он готов был поверить, будто она всегда была таким цветком.