«Мы еще посмотрим, — подумала она, — как ты среагируешь, увидев ее в бальном платье, которое я придумала».
Нет, Грею не устоять.
Занятые подготовкой к рауту, Кэтрин и Дженнифер проводили много времени вместе, разрабатывая меню, программу праздника и раскраивая свои бальные платья, от веселились словно маленькие девочки. Дом преобразился внутри и снаружи он теперь был украшен фруктами, зелеными гирляндами и шарами, переплетенными ветками белой омелы. Кэтрин припомнить не могла другого такого счастливого Рождества.
Грей, напротив, выглядел очень несчастным. Он ненавидел эти двенадцать дней Рождества, ненавидел праздничную суматоху и толкотню, улыбающиеся лица и подарки. Ненавидел добрые пожелания, которые казалось, так и наполняли каждого человека, словно это была особо опасна: заразная болезнь. Еще больше он ненавидел нынешнее Рождество, поскольку его принуждали не только присутствовать на рауте, но и разыгрывать роль радушного хозяина. И он был в невероятно плохом расположении духа, когда его жена постучала в приоткрытую дверь кабинета.
Проклиная себя за то, что не запер эту проклятую дверь Грей сердито буркнул:
— Что еще вам?
Он будто бы заранее знал — все, что она скажет, не представляет для него никакого интереса.
Дженнифер посмотрела в его сердитые серые глаза, которые показались ей более темными, чем обычно, но взгляд не отвела.
— Сегодня, сегодня Рождество, — начала она.
Грей скептически скривился.
— В самом деле, так и есть, — наконец согласился он, словно говорил с дурочкой. — Как хорошо, что вы сообщили мне об этом. А то, судя по тому, как вы с Кэтрин были заняты развешиванием гирлянд и других украшений по всему дому, я подумал, что вы обо мне уж совсем было забыли. Рождество, вы сказали? Как это чудесно!
— Не сомневаюсь, что вы знали о том, что нынче Рождество, Грей.
— Так зачем же напоминать мне об этом печальном и непреложном факте?
Дженнифер выдержала паузу под тяжелым взглядом его серых глаз, сожалея, что вторглась именно сегодня. Ясно, что праздники он не любил, сегодня он был в еще более мрачном настроении, чем всегда. И все же ей нельзя отступать. Призвав на помощь всю свою смелость, она торопливо начала:
— У… у меня для вас подарок.
Грей опешил, брови его взлетели кверху. Он весь так и кипел от ярости. Все что угодно, только не это! Дитя хочет преподнести ему подарок, и это после его грубого с ней обращения в последние недели?!
Просто невероятно! Но ее лицо по-прежнему было открытым и наивным. Дженнифер и впрямь по каким-то известным только ей причинам собралась сделать ему подарок.
— Подарок? — непонимающе переспросил он.
Ему так давно никто не делал подарков. По крайней мере, с тех пор, как он решил, что ему ничего не нужно.
Внимание Дженнифер глубоко тронуло его. Может быть, она хотела видеть его счастливым, и он был глубоко благодарен ей за это. К несчастью, ее следующие слова испортили все впечатление.
— Ну, конечно, — отозвалась Дженнифер и, чтобы не выказать ему своих чувств, торопливо прибавила: — Все как обычно. Ведь настало Рождество, а вы — мой муж.
Грей тотчас закрыл рот. На какой-то миг ему показалось, что она пришла предложить мир, несмотря на все разногласия между ними. Всего минуту назад он был согрет теплом ее сердца, а теперь его снова окатило волной холода.
И что же такое она может подарить ему, если все как обычно? Конечно же, она не бывала в Уильямсбурге или еще где-нибудь, чтобы что-то для него приобрести. Да и что она могла бы купить на те жалкие гроши, которые он ей выдавал? Всего минуту назад он готов был принять от нее подарок, проявив такт и внимание, но вот теперь, разозленный ее холодным тоном, решил не потакать ей. Черт бы побрал это дурацкое Рождество и связанные с ним праздники!
— Прекрасная идея, я уверен, — сказал он устало, — но боюсь, ваши усилия напрасны. У меня есть все, что я мог бы только пожелать. Вы не в состоянии подарить мне ничего из того, что бы мне хотелось. Поэтому, сами понимаете, мне ваш подарок ни к чему.
На глаза Дженнифер навернулись слезы, она быстро-быстро заморгала. Только Грей способен довести ее до слез. И он так часто это делает! Но она так долго готовила ему подарок, что сдаться и уйти просто не могла.
Изо всех сил стараясь сохранять самообладание, она спокойно сказала:
— Может быть, вы и в самом деле имеете все, в чем нуждаетесь, но я предлагаю вам отнюдь не предмет первой необходимости. Поверьте, этим подарком очень приятно владеть.