В соборе епископа Анатолия ждала торжественная встреча. Собралось все соборное духовенство, церковный совет, архиерейский и любительский хор в полном составе и около тысячи прихожан. Был отслужен краткий молебен, затем последовали слова приветствия от собравшихся, затем епископ обратился с ответным словом. После этого он с протоиереем Петром проехал в епархиальное управление, где у них состоялся серьезный разговор в кабинете управляющего епархией.
— Владыка, — сказал Козлевич, — ты должен четко понимать, что то, что ты стал епископом, не дает тебе никаких преимуществ по сравнению с прежним положением. Владыка Исайя был митрополит, но он неизменно меня слушался. А почему? Потому что я являюсь здесь проводником воли органов советской власти. Поэтому тебе не следует принимать без меня никаких решений, самому встречаться с уполномоченным, самостоятельно вести прием посетителей.
— Давайте поговорим об этом через несколько дней, — уклончиво сказал епископ, внутри у которого все закипело.
На другой день он, ничего не сказав отцу Петру, поехал на прием к уполномоченному. Тот встретил его радушно.
— Здравствуйте, отец Анатолий, или теперь вас правильно называть владыка Анатолий. Я думаю, что мы сработаемся с вами. Насколько знаю вас по службе настоятелем собора, вы — человек беспроблемный.
— Евгений Алексеевич, у меня к вам есть один вопрос, — взволнованным голосом сказал архиерей.
— Пожалуйста. А что вы так волнуетесь?
— Мне хотелось бы знать, являются ли решением государственных органов те требования, которые мне вчера изложил протоиерей Петр Козлевич? — и епископ кратко пересказал разговор с епархиальным секретарем.
Иванов на минуту задумался. Действительно, с митрополитом Исайей удобнее было все вопросы решать через Козлевича. Но сейчас секретарь сильно постарел, стал невероятно раздражительным, самомнение его растет с каждым днем. К тому же полковник Петров с приступом прободенной язвы попал в больницу. Говорят, что будет на больничном не меньше двух месяцев, а еще через три уйдет в отставку… Поэтому вслух уполномоченный сказал:
— Это не совсем так. Митрополит Исайя был тяжело болен и стар, поэтому я никогда не хотел его лишний раз тревожить и все вопросы решал с секретарем. Но вы полный сил человек, к тому же вы намного моложе протоиерея Петра. Конечно, ваши действия необходимо будет согласовывать, но вы можете делать это и лично.
— Тогда у меня сразу есть вопрос о кандидатуре настоятеля кафедрального собора.
— Ну, это естественно. Кого бы вы хотели видеть на этом месте?
— Священника Александра.
— Но ведь он совсем недавно стал священником… Справится ли он с такой работой?
— Если что, я помогу ему.
— Есть еще одна проблема… — замялся уполномоченный. — Насколько мне известно, протоиерей Петр сам хотел стать настоятелем собора.
— Но вы же сказали, что я могу помимо него предлагать на ваше согласование кандидатов на церковные должности?
— Это так, — уполномоченный ненадолго замолчал и сказал: — Я согласую назначение священника Александра настоятелем собора. Но будьте осторожнее с Козлевичем. Он очень злопамятный и коварный человек, никогда ничего не прощает и обязательно отомстит при первой же возможности.
…В епархиальном управлении епископа уже ждал разгневанный секретарь. Внешне он пытался казаться спокойным, но получалось плохо. Лицо его было багровым, руки дрожали от злости. Без стука он влетел в кабинет архиерея.
— Кто тебе разрешил без меня ездить к уполномоченному? — закричал он. — Я же тебе вчера все объяснил…
— Отец Петр, успокойтесь, — спокойно ответил епископ. — Мы поговорили с Евгением Алексеевичем. Он сказал, что вчерашний разговор — инициатива не государственных органов, а лично ваша. Он разрешил мне самому решать с ним все возникающие вопросы. И, наконец, он дал согласие на назначение настоятелем кафедрального собора священника Александра.
Секретарь просто задохнулся от гнева. «Да ты, да он», — пытался закричать он, но дыхание перехватило. Он бессильно опустился на диван в кабинете архиерея. Лицо его начало синеть, губы побелели. «Отец Петр, что с вами случилось?» — бросился к нему испуганный епископ. Он хотел вызвать «скорую помощь», но было уже поздно. Протоиерей Петр Козлевич умер от инсульта, спровоцированного вспышкой гнева.
ПРЕОБРАЖЕНИЕ
Глава 1
Небольшое здание Петровского епархиального управления в этот светлый мартовский день 1991 года было битком набито посетителями. Как и всегда в последнее время. Через десять минут должен был начаться их прием управляющим Петровской епархией архиепископом Анатолием. Секретарь епархиального управления протоиерей Александр вышел из своего крохотного кабинетика и начал опрашивать пришедших, какие у них вопросы, не может ли он сам решить их, чтобы не отвлекать владыку. Добрый и мягкий человек, отец Александр в качестве администратора был явно не на своем месте. С каждым он пытался говорить по-хорошему, но в данном случае это только вредило. Видя его доброту, каждый наглец тут же пытался использовать ее для того, чтобы безнаказанно безобразничать, а в случае чего прибежать к тому же отцу Александру, чтобы искать у него защиты от заслуженного наказания.