Он был счастлив и беспечен, и да… наполнен надеждой. И я знала, что мне правда нравится этот взгляд на его лице. Я лишь желала, чтобы он мог остаться навсегда.
— Так куда ты меня везешь? — спросила я, возясь с радио, пока не нашла рок станцию, на которой играли «Dandy Warhols».
Клэй усмехнулся.
— Ох, сегодня мы испытаем все клише старшей школы, малышка. Настоящий ужин, кино, затем может немного пообжимаемся на заднем сиденье.
Я наслаждалась его подшучиваниями, так же как и его волнением.
— Вау, — выдохнула я. И посмотрела на него с напускной скромностью. — Это звучит просто идеально. — Рука Клэя опустилась на мое бедро, и все мое тело сжалось от его прикосновения. Мое раннее чувство неуверенности отошло в строну, одно было точно, притяжение, которое мы чувствовали друг к другу, было живо и здорово.
— Мы ведь не направляемся в «Красный лобстер», ведь так? — пошутила я, напоминая ему о глупом ужине перед Осенним Балом. В ту ночь он потерял себя и заявил о своих чувствах ко мне. Это была прекрасная ночь. И страшная. У нас так и было с Клэем. Хорошее всегда настолько сильно переплетено с плохим, что было тяжело иметь одно без другого.
Лицо Клэя опустилось от воспоминаний, и я знала, напоминать ему о ночи, которая была полна потрясений для нас обоих, было не лучшей идеей. Но затем он, казалось, вытряхнул себя из темного места, куда начал погружаться и снова улыбнулся. И я выпустила вздох, не осознавая, что задержала дыхание, и почувствовала облегчение, что момент прошел без инцидента.
— Неа, не «Красный лобстер». Я сделаю все правильно, мы направляемся во «Вторник Руби».
Я рассмеялась, глубоко и по-настоящему. Клэй присоединился ко мне, и это чувствовалось хорошо. Мы вдвоем, вместе, наслаждаемся компанией друг друга.
Ресторан был забит, но нас почти сразу усадили в кабинку в атриуме.
— Потрясающе! Легкий доступ к закусочной с овощными блюдами! — сказала я с энтузиазмом. Клэй подмигнул мне, когда скользнул на место напротив меня.
— Что, ты не собираешься сидеть рядом со мной, как все эти старые пары? Мы можем слушать, как мы жуем, и смотреть на стену. — Я похлопала по месту рядом с собой, и Клэй хмыкнул. Мы вдвоем смотрели на пожилую пару в кабинке рядом. И да, они сидели рядом друг с другом. Не разговаривали друг с другом, более сосредоточенные на своей еде. Мы с Клэем снова посмотрели друг на друга и рассмеялись.
Когда мы, наконец, успокоились, Клэй потянулся через стол и взял меня за руку.
— Это ощущается очень хорошо, Мэгс, — сказал он мягко, его глаза блестели. Я сглотнула, чувствуя, что переполнена разными эмоциями. Теми, которые можно описать лишь как граничащими с эйфорией. Я чувствовала себя на высоте, потому что нахожусь здесь с ним. Зная, что он никуда не собирается. Дар, который не потерян для меня.
Подошла официантка и взяла заказ на наши напитки, и мы снова остались одни. Клэй, казалось, успокаивался, смотря на меня. С кем-то другим, я бы чувствовала себя в высшей степени неудобно. С Клэем это вызвало жар во всем моем теле.
— Как поживает Руби? — спросила я, делая глоток содовой. Клэй помешивал лед в своей воде, тыкая пальцем в лимон.
— Эх, ну, все по-прежнему. Сегодня утром она поехала в магазин, а это уже что-то, я думаю, — он звучал грустно, и я усиленно думала о том, чтобы произнести что-то поддерживающее.
— Ты просто должен дать ей время. Ты не можешь за ночь пережить потерю кого-то. Это долгий процесс, — произнесла я тоном, в котором звучал опыт. Глаза Клэя остановились на мне.
И вот он, огромный, танцующий чечетку, в балетной пачке слон в комнате. Он требовал, чтобы мы признали его, но я была напугана, что как только эту коробку откроют, она выявит вещи, которые я хотела бы не знать. Но это была моя потребность снова отказаться. Это как удобная пара тапочек, которую мои ноги снова хотят надеть. Безумно, как то, что я нахожусь с Клэем, пробуждает все эти импульсы.
— Нет, я думаю, нет, — тяжело ответил Клэй. От продолжения слишком серьезного разговора нас спасло появление нашей официантки. После того как мы заказали еду, я в отчаянии хотела перейти на что-то легкое для желудка перед едой.
— Итак, я думала о том, чтобы сделать татуировку, — сказала я ему застенчиво. Брови Клэя приподнялись.
— Правда? Что ты хочешь? — спросил он меня. Я порылась в сумочке и нашла ручку. Снимая колпачок зубами, я схватила одну из салфеток для напитков и быстро нарисовала символ. Он выглядел как однобокая, перевернутая «U».
Клэй притянул салфетку ближе и изучал ее.
— Что это? — он провел пальцем по месту, где прошлась моя ручка.