- Хорошо, я давно ничего не принимаю.
- И судя по всему, также давно нормально и не ешь. Форма стандартная, помнишь или прочесть? – врач присел рядом с ним, - сегодня можем провести осмотр.
- Отлично, - Крис протянул руку за ручкой, - покажи, где подписать…
Осмотр и анализы не заняли много времени, медперсонал работал быстро и слажено, да и Крис не в первый раз был донором. Когда его провели обратно в кабинет друга, Алекс поблагодарил медсестру и насильно усадил его на диван.
- Ты хоть понимаешь, что творишь? – злобно шипел, до боли сжимая плечо. – Совсем загнать себя решил?
- В чем дело?
- В твоем состоянии, Крис. У тебя истощение. Сейчас ты не то что донором быть не можешь, скорее я должен тебя оставить на госпитализацию. Ты всегда был худым, но сейчас у тебя серьезный недобор в весе. Уровень глюкозы в крови низкий, гемоглобин не пойми каким чудом в норме, но вот остальное… Что ты с собой делаешь?
Крис повернул голову в сторону друга и грустно улыбнулся. Очки скрывали глаза, и Алексу даже показалось, что сейчас Гордон смотрит на него своим фирменным взглядом с легким прищуром.
- Я не делаю ничего, Алекс…
- Именно! А должен о себе заботиться! Если ты хочешь кого-то спасти, спаси сначала самого себя…
Часть 6
Крис попросил водителя изменить маршрут. После разговора с Алексом, домой возвращаться желания не было. Хотелось побыть наедине с собой и все обдумать. У него было свое убежище, идеальное место, где было все необходимое для восстановления душевного баланса. Водитель сначала отказывался, но за двойной тариф все же согласился отвезти его в трущобы мексиканского квартала. Опасное, дикое место, но не для Криса. Давно, казалось, в прошлой жизни, он случайно забрел в эту часть города и вместо проблем нашел для себя настоящую отдушину, глоток свежего воздуха в мире нравов и правил.
Такси остановилось у подворотни. Крис расплатился с водителем и уверенно пошел в нужном направлении. Тай спокойно шел рядом с хозяином, внимательно осматривая периметр. Воздух вокруг вибрировал от гомона голосов, смеха и гитарных переборов. Крис улыбался звукам румбы – уличной, небрежной и эмоциональной, дикой. Подошел ближе и остановился, наслаждаясь этой невероятной энергией. Выкрики, хлопки, шорох одежды и звон браслетов. Он прекрасно помнил старую деревянную террасу, и ему было не сложно представить, как пара танцует под гитарные аккорды.
- О, кого я вижу! – выкрикнула женщина, и музыка враз смолкла. Мгновение – и вот его уже крепко сжимают в объятьях. – Малыш, давно ты к нам не заходил.
Крис чувствовал улыбку Розы и ее радость. Пожилая мексиканка погладила его по голове, отстранилась и взяла за руки.
- Дай-ка я на тебя посмотрю…. – Роза внимательно осмотрела Криса, погладила по щеке. – Совсем уж отощал, как бродячий кот… Но не за моими нравоучениями ты ведь пришел, чикко*. Пошли, - взяла за руку и повела за собой, под навес.
- Рад, что ты в порядке, Роза. – Он искренне улыбался ее теплоте и заботе.
- Я в порядке, а вот с тобой странное что-то приключилось. Раньше приходил и демоном под навес залетал, а сейчас стоишь в сторонке. Когда ты последний раз приходил? Два года назад? Пропажа вернулась, - ворчала беззлобно себе под нос. – Дай-ка я с тебя эти очки сниму, а то споткнешься еще да голову расшибешь, пасмурно на улице, а ты еще и очки напялил, ничего ж не видно.
Роза обернулась, стянула очки с Криса и застыла под слепым взглядом. Она все поняла, за свою жизнь повидала многое, потому вопросов задавать и не стала. Смахнула слезу с морщинистой щеки и глубоко вздохнула. Одела очки обратно. Крис грустно улыбнулся, опустив голову.
- Играй, Маркус! – Выкрикнула Роза, вытолкнув Криса в центр террасы. – Играй!
Маркус перехватил гитару и начал играть. Люди застыли, внимательно наблюдая за Крисом. Крис же застыл в центре навеса. Не двигался, слушал. Первый аккорд, второй, и вот уже любимое чувство свободы кружит голову, а кровь будто кипит в жилах. Закрыть незрячие глаза и полностью расслабиться, расставить в стороны руки и ухватить мелодию кончиками пальцев, отпустить себя, жить… он прекрасно помнил эту импровизированную сцену, грубые доски под ногами. Сколько раз он приходил сюда? Не счесть. Как он скучал за этой дикой мелодией, каждый раз – другой? Не передать.
Роза наблюдала за ним, а слезы так и катились по щекам. Музыка ― это его стихия. И он походил сразу на огонь и воду: резкий, порывистый и грациозный, изящный. Причём он неуловимо переходил из одного состояния в другое, как ртуть, живое серебро. Взмах руками, как крыльями, лёгкий наклон корпуса назад, ниже, еще ниже, коснуться пальцами шершавых досок, и взвиться вверх пружиной под быстрый перебор струн. Оборот, шаг, выпад, прыжок…Рывок назад, взметнулся вихрем, руки –сломанные крылья. Горел, кричал не голосом, а телом. Гитара плакала в руках Маркуса, мелодия из легкой становилась все тяжелее, отчаяннее, громче. Уже не музыкант задавал ритм, а танцор вел мелодию за собой. Крис и музыка сливались в единое целое, и сейчас под старой крышей, на террасе в мексиканском квартале происходило волшебство. Не было ни привычных хлопков, выкриков и свиста, не было громких разговоров и смеха. Немое оцепенение, освобождающая грусть. Безмолвная история, что обнажала душу.